Выпуск  № 201  от  25.10.2011
Лихорадка с угрозой для жизни
Благополучие одного из крупнейших медицинских университетов страны находится сегодня под большим вопросом
Михаил РУТМАН

«Игра без правил» – так называлась опубликованная в нашей газете весной этого года беседа с бывшим ректором Государственного медицинского университета имени И. П. Павлова Михаилом Дидуром. Публикация вызвала поистине бурю откликов – и телефонных, и письменных. Неудивительно: то, что происходит в одном из крупнейших медицинских вузов страны, даже в нынешние непростые времена поражает своим исключительным цинизмом, неуважением к закону и элементарным нормам морали. Казалось бы, такие приемы были возможны только в 1930-е годы, но, похоже, в отдельно взятом университете времена возвращаются. И прошедшие с момента той публикации несколько месяцев можно охарактеризовать лишь двумя словами: МАРАЗМ КРЕПЧАЕТ.

Ошельмован и... награжден

Благополучен ли этот университет?Напомним вкратце, о чем шла беседа с Дидуром. Назначенный ректором в конце 2008 года Михаил Дмитриевич получил от предыдущей администрации «наследство» в виде массы сомнительных финансовых договоров на гигантские суммы. Миллиарды бюджетных рублей должны были быть потрачены (или уже были потрачены) на оборудование, которое либо стоило в несколько раз дешевле, либо вообще не было нужно вузу. Из контрактов путем заключения дополнительных соглашений исключались пункты о монтаже и настройке оборудования. Эти работы стоили десятки и сотни миллионов рублей, при этом стоимость контрактов не снижалась, а оборудование превращалось в ненужный хлам. Кроме того, Дидуру предлагалось оплатить многомиллионные счета по невыполненным строительным работам.

Можно предположить, что предыдущая администрация планировала сделать нового ректора «крайним». Но он, вопреки ожиданиям, в этой роли выступать не захотел. Странные договоры подписывать отказался. Даже отправил 70 миллионов неизрасходованных бюджетных денег обратно в Москву. Ключевых членов старой команды, заварившей всю кашу, уволил. И сразу же ощутил на себе жесточайший прессинг. В компетентные органы посыпались письма от «доброжелателей» о якобы допущенных им финансовых злоупотреблениях.

С тех пор многие месяцы университет подвергался разнообразным проверкам. Следственный комитет, прокуратура, ОБЭП, ФСБ, Росфиннадзор... Количество проверочных мероприятий за два года оказалось втрое больше, чем за предшествующие десять лет. Шесть попыток по результатам этих проверок возбудить уголовные дела закончились постановлениями об отказе.

Но два дела все же было возбуждено. Одно – по перерасходованию 117 миллионов рублей при покупке томографов. Другое – по оплате якобы невыполненных строительных работ. Не вполне осведомленные журналисты тут же связали их с именем Дидура. Однако первое дело, заявляет он, к нему отношения не имеет: договор на покупку томографов подписывал предыдущий ректор Николай Антонович Яицкий. А второе дело, по его убеждению, и вовсе попахивает: «невыполненные» работы на самом деле выполнены точно в срок и в полном объеме. В чем каждый может убедиться. Только следствие почему-то убеждаться не захотело.

На Дидура сыпались оскорбления и угрозы. Он пережил слежку, шестичасовой обыск в служебном кабинете и семичасовой – в квартире. В такой обстановке он работал, руководил огромным вузом. И руководил, надо сказать, неплохо.

По выполнению министерских целевых показателей, к примеру, за 2010 год вуз ежеквартально получал 5 баллов из 5, а по итогам года – 89 из 100 (по аналогии с ЕГЭ это пятерка). По рейтингу ЕГЭ стал пятым среди вузов всей России и первым среди медицинских. Лично Михаил Дидур по финансово-хозяйственным показателям федерального учреждения получил 9 баллов из 10. За хорошую работу его неоднократно награждали премиями.

В феврале 2011-го Минздравсоцразвития, которое является учредителем вуза, продлевает контракт с Дидуром до 20 октября 2013 года. Под соответствующим допсоглашением к трудовому договору подписываются девять руководителей департаментов и министр Голикова. А через две недели та же Голикова неожиданно подписывает приказ о расторжении с ним контракта.

Что произошло за эти две недели, Михаил Дмитриевич не знает до сих пор. Тем более что за все время пребывания на посту ректора министерство ни разу не высказало к его работе ни единого замечания. И даже в приказе о расторжении контракта указано, что никаких виновных действий с его стороны не имелось. Более того: уже после увольнения Дидура его дважды «догоняла» весьма внушительная министерская премия за хорошую работу в 2010 – 2011 годах. Видимо, как это у нас часто бывает, правая рука не ведала, что делает левая.

Взамен уволенного ректора действовавший на тот момент устав вуза требовал назначить исполняющим его обязанности кого-то из проректоров. Но... и. о. стал человек совершенно неожиданный – завлабораторией кардиохирургии университета Сергей Яшин. В соответствии с министерским приказом, руководить вузом ему поручили без отрыва от основной работы (вероятно, имелось в виду – во внерабочее время) и с доплатой в размере 10 тысяч рублей в месяц (10% от ректорского оклада).


Кадры не решают ничего?

Нелепость этой ситуации была более чем очевидна. Однако за пределы правового поля она не выходила. Действительно, для того, чтобы стать РЕКТОРОМ, человек должен удовлетворять целому ряду квалификационных требований и условий (ученая степень, ученое звание, стаж научной или учебно-педагогической работы и прочее), пройти сложную систему аттестационных комиссий, выборов и согласований. А чтобы стать и. о. ректора, не нужно ничего, ибо порядок его назначения ни в каком законе не прописан. Практически эту должность может занять любой человек! (Что, собственно, и произошло, так как Сергей Яшин не всем необходимым критериям соответствовал и шансов стать полноправным ректором не имел.)
Чиновники, придумавшие такую комбинацию, были либо предельно наивны, либо беспредельно циничны. Если они посчитали, что временный руководитель – это чисто номинальная фигура, задача которого поддержать вверенную ему структуру «на плаву» до назначения руководителя постоянного, – то сильно ошиблись. И. о. ректора получает практически такие же права, что и настоящий ректор! К примеру, возможность заключать и расторгать хозяйственные договоры, увольнять и принимать на работу людей, создавать и ликвидировать структурные подразделения. А вот ответственность исполняющего обязанности – это большой вопрос. Если что «накосячит», наказать его будет куда сложнее, чем полноправного руководителя: он человек без постоянного статуса, по юридическим понятиям – практически никто.

Другое дело, конечно, если чиновные авторы комбинации цинично хотели с помощью временного руководителя решать свои вопросы в огромном вузе (бюджет которого, на минуточку, составляет около 4 миллиардов рублей в год). Тут как раз все понятно: главное, чтобы назначенный человек был управляем. А как он может быть неуправляем, если его только что вознесли «из грязи в князи»? Сделаешь шаг в сторону – и завтра будешь там, откуда пришел...

Одним из первых управленческих действий Яшина было додавливание Дидура. Рука «кукловодов» здесь просматривалась без особого труда: личных счетов у Сергея Михайловича к Михаилу Дмитриевичу не было, интересы их никогда не пересекались. Тем не менее с экс-ректором обошлись предельно жестко.

После увольнения Дидур вернулся на должность заведующего кафедрой физических методов лечения и спортивной медицины, на которую был избран ученым советом и утвержден приказом до августа 2012 года. Но через полтора месяца Яшин расторг трудовой договор, усмотрев некие нарушения Трудового кодекса при его заключении. При этом Дидуру на выбор были предложены десять вакансий из должностей, видимо, вполне соответствующих профессорскому званию уволенного. Среди них – заместитель заведующего общежитием с окладом 8476 рублей, мастер участка института сестринского образования – 7200 рублей и даже... полставки дворника или дежурного по санитарно-пропускному режиму – обе по 2165 рублей.

Вывел экс-ректора Яшин также из ученого и диссертационного советов. И, что уж совсем ни в какие ворота, – охране университета было дано негласное распоряжение не пропускать Дидура на территорию. Видимо, даже уволенный со всех должностей, он представляет для «временного правительства» какую-то опасность.

Дальнейшие кадровые решения новой власти уже просто не поддаются разумному объяснению и больше напоминают параноидальный бред. За полгода из университета уволены более 700 человек! Тотальная «чистка рядов» затронула буквально все слои сотрудников, от самого верха до самого низа. Покинули свои посты все члены ректората, начальники управлений, большинство начальников отделов, три проректора по лечебной работе, три начальника отдела капитального ремонта и строительства. Полностью изменена структура управления университетом, вполне четко работавшая на протяжении десятков лет при разных ректорах. Ликвидированы все управления и созданы новые. Одним из них – управлением внешних связей, кстати, руководит супруга ректора Яшина.

В списке уволенных – профессора, доценты, преподаватели, врачи. Сокрушительный удар нанесен по младшему и среднему медицинскому персоналу: за воротами оказались десятки санитарок, медсестер, лаборантов, техников. Под угрозой работа самой большой на Северо-Западе клиники на 2000 коек. Тем более что там, по имеющимся данным, начались серьезные перебои с лекарствами и расходными материалами.


Сверху не видно...

Гигантский вуз, бывший многие годы одним из самых престижных в стране, сегодня трясет как в лихорадке. Установившаяся тут атмосфера не способствует ни качественному обучению студентов, ни серьезной научно-исследовательской работе, которой университет всегда славился. Ничего подобного еще в начале года невозможно было и представить. Однако и министерство, и все контролирующие структуры, некогда так рвавшиеся изучить деятельность ректора Дидура под микроскопом, ныне хранят безмятежное спокойствие. Неужели сия безумная вакханалия кому-то выгодна?

Между тем Минздравсоцразвития по части соблюдения законов могло бы и на себя оборотиться. Три года назад министерство стало учредителем университета, сменив упраздненное Агентство по здравоохранению и социальному развитию. И лишь нынешним летом наконец сподобилось оформить учредительные документы и зарегистрировать новый устав вуза (который, кстати, упорно держится «под сукном» – с ним не ознакомлен даже Ученый совет). Три года университет существовал, по сути, с несуществующим учредителем. Каждые полгода в связи с этим казначейство приостанавливало перечисление бюджетных денег, и ректору требовались специальные усилия для того, чтобы его убедить. И ничего, отвечать за это все некому!

В соответствии с федеральным законом и новым уставом, выборы нового ректора университета должны быть проведены не позднее шести месяцев с даты, когда должность ректора стала вакантной. Полугодовой срок истек в сентябре, но ни о каких выборах в сотрясаемом переменами вузе не слышно до сих пор. «Временное правительство», вопреки закону, само собой становится постоянным. Утрачивая при этом остатки своей легитимности, но не прекращая бурную деятельность. Но данный факт почему-то никого не волнует. Притом что уровень компетентности нынешней власти виден, как говорится, невооруженным глазом. Прошедшим летом, к примеру, грянул громкий скандал: 600 выпускников получили дипломы, оформленные с грубым нарушением правил. В связи с тем, что и. о. ректора находился в командировке в США, в дипломах за него расписался... один из деканов. Молодые люди шагнули в большую жизнь с недействительными документами.

Кто же определяет нынешний образ жизни вуза? Кто решил, что Государственному медицинскому университету имени И. П. Павлова как нельзя лучше подходит шоковая терапия в исполнении нынешнего и. о. ректора? Кто-то, находящийся где-то высоко, вне доступа, вне критики, вне здравого смысла. Но если бы этот «кто-то» все же спустился с небес на землю, ему, пожалуй, стоило бы взглянуть, к примеру, на не работавший три года и не вышедший до сих пор на проектную мощность позитронно-эмиссионный томограф, за который заплачено 337 миллионов рублей.

При его приобретении «забыли» купить важнейшую деталь – источник короткоживущих изотопов – циклотрон, из-за чего «золотой» прибор превратился фактически в груду железа (точно такой же, но стоящий в несколько раз меньше, прекрасно работает в Институте мозга). Уголовное дело по этому факту сейчас находится в нашем Следственном комитете, но конца ему не видно.

Таинственный «кто-то» мог бы посетить четырехэтажное здание на Петроградской набережной, набитое современнейшим стоматологическим оборудованием, на которое израсходовано более миллиарда рублей. Клиника, принадлежащая университету, не может открыться, потому что здание подверглось реконструкции без разрешительной документации и до сих пор имеет статус студенческого общежития...

Эти и многие другие факты требуют вмешательства – жесткого и эффективного. Да и сам вуз, в конце концов, должен уже обрести нормального полноценного ректора. Желательно такого, который был бы нацелен на созидание, а не на разрушение.
 



Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru