Выпуск  № 096  от  29.05.2009
Нужны ли России информационные технологии?
Вопрос, вынесенный в заголовок, казалось бы, риторический и подразумевает ответ «конечно»

Однако – вот новость – «Информационно-телекоммуникационные системы» могут быть исключены из государственного перечня приоритетных направлений развития науки, технологий и техники РФ. Вместе с самим направлением могут быть вычеркнуты и подкрепляющие его критические технологии, среди которых, в частности, технологии обработки, хранения, передачи и защиты информации.
Предложение исключить IТ вытекает из опроса двух тысяч российских экспертов, ни одного из которых мы назвать не можем: анкетирование проводилось анонимно.
Поэтому вопрос, пожалуй, правильнее ставить иначе: «Так ли уж нужны России информационные технологии?». Ответ получим в ноябре, когда будут утверждены новые приоритетные направления и перечень критических технологий. Сейчас возможные последствия исключения IТ из приоритетов обсуждаются в научных кругах Москвы и Петербурга. Специалисты, собравшиеся на «круглом столе» в газете «Санкт-Петербургские ведомости», охарактеризовали эти последствия не иначе как угрозу безопасности страны.


Толковый словарь

Приоритетное направление развития науки, технологий и техники РФ – направление, которое способно внести наибольший вклад в обеспечение безопасности, ускорение экономического роста, повышение конкурентоспособности страны.

Критическая технология РФ – комплекс межотраслевых (междисциплинарных) технологических решений, позволяющих наиболее эффективно реализовать приоритетное направление.


Те или иные направления выдвигают в приоритетные на основе результатов долгосрочного прогноза научно-технического развития РФ. Готовит этот прогноз Минобрнауки.


– Приоритетные направления – это то, на чем государство не экономит ни при каких обстоятельствах. Информационные технологии в этом списке казались неколебимыми, о них трубили на каждом углу...

Рафаэль ЮСУПОВ – член-корреспондент РАН, директор Санкт-Петербургского института информатики и автоматизации РАН:

– Сегодня будущее научно-технологической сферы страны определяют в значительной мере два основополагающих документа: «Приоритетные направления развития науки, технологий и техники РФ» и «Перечень критических технологий РФ». На базе этих направлений и технологий формируется научно-техническая политика страны, включая, конечно, финансирование. Оба перечня утверждаются указом президента страны и раз в два-три года корректируются.

Вот список действующих пока приоритетных направлений (он был утвержден в 2006 году): «Безопасность и противодействие терроризму», «Живые системы», «Индустрия наносистем и материалов», «Перспективные вооружения, военная и специальная техника», «Рациональное природопользование», «Транспортные, авиационные и космические системы», «Энергетика и энергосбережение» и, наконец, «Информационно-телекоммуникационные системы».

– Чем объясняют возможное исключение IТ из приоритетных направлений? Было ли это для специалистов неожиданно или все к тому и шло?

Анатолий ШАЛЫТО – зав. кафедрой «Технологии программирования» СПбГУ ИТМО, ученый секретарь ОАО «Концерн «НПО «Аврора», докт. тех. наук:

– Правительство страны в июне 2008 года поручило Минобрнауки составить предложения по корректировке приоритетных направлений. И вот в письме министерства от 2 апреля этого года в проекте перечня нет «Информационно-телекоммуникационных систем» и связанных с ним критических технологий, так как – цитирую по министерскому письму – «экспертами (подчеркну, анонимными) сделан вывод, что Россия в целом значительно отстает от развитых стран по уровню научных исследований в этом направлении».

Однако о другом направлении, оставленном в качестве приоритетного, президент Российского нанотехнологического общества, декан факультета наук о материалах МГУ им. М. В. Ломоносова Ю. Д. Третьяков в это же время сказал: «Пока наша страна серьезно отстает в области нанотехнологий...».

Странная ситуация: информационные технологии, по мнению анонимных экспертов, ЗНАЧИТЕЛЬНО отстают от развитых стран – значит, исключаем их из приоритетных направлений; а нанотехнологии, по мнению авторитетного эксперта, СЕРЬЕЗНО отстают – значит, их сохраняем в приоритетах!

Эдуард ТРОПП – главный ученый секретарь Президиума Санкт-Петербургского научного центра РАН, докт. физ.-мат. наук:

– Ожидали ли мы такого? Когда в ход идут рассуждения: «Если отстаем – отменить», это всегда неожиданно. По крайней мере мы как представители уходящей культуры никак не можем к этому привыкнуть. По идее, если отстаем – логичный вывод: «Сосредоточить все усилия». Я понимаю, чиновникам необходимо постоянно принимать какие-то решения и что-то изменять, иначе можно подумать, что чиновник зря занимает свое место, но в этом случае не мешало бы послушать... ну хотя бы священников: у православных уныние считается смертным грехом, а среди анонимных экспертов явно преобладает уныние: отстаем, значит навсегда.

 

Рафаэль ЮСУПОВ:
– Из перечня предложено убрать не только информационно-телекоммуникационные системы, но и направления, обеспечивающие безопасность и обороноспособность страны. Сейчас Минобрнауки РФ рекомендует оставить в перечне четыре следующих приоритетных направления: «Развитие наноиндустрии», «Науки о жизни», «Экология и ресурсосбережение», «Энергоэффективность и энергосбережение». Ограничиться таким выбором было бы уместно для некой слаборазвитой страны – но не для России.

Владимир ПЕШЕХОНОВ – академик РАН, гендиректор ОАО «Концерн «ЦНИИ «Электроприбор», зав. кафедрой «Информационно-навигационных систем» СПбГУ ИТМО:

– Выбранные четыре технологии – вполне достойны. Но о них можно сказать то же самое, что и об информационных технологиях: в этих направлениях мы далеко не передовики, а в области ресурсосбережения Россия вообще позади развитых стран мира. Кто найдет в России хоть одну электростанцию с нормальным кпд?

Так что принцип исключения непонятен и аргумент «это у нас не развивается» не работает, поскольку распространяется на слишком многое.

– Конкретно: если будут убраны информационно-телекоммуникационные технологии, то...

Рафаэль ЮСУПОВ:
– ...то у России остаются два пути развития. Первый: страна так и останется у порога грядущего информационного общества. Второй: мы будем формировать информационное общество, но на базе зарубежных информационных технологий и систем и окажемся в полной технологической, экономической, информационной зависимости от Запада. То есть будем совершенно беззащитными и управляемыми извне.

Валентин МАКАРОВ – президент некоммерческого партнерства «Руссофт» (объединение крупнейших компаний – разработчиков программного обеспечения России):

– Надо подчеркнуть, что те или иные критические технологии придуманы вовсе не российским правительством. Это технологии, которые определяют конкурентоспособность страны на мировой арене в настоящий период. Со временем они меняются, но в ближайшее время конкуренция будет развиваться в сфере нанотехнологий, биотехнологий и информационных технологий.

Исходя из этого и нужно концентрировать ресурсы государства в определенных сферах. И формулировать как приоритеты нужно не то, что сильно развито, а то, что обязательно нужно развивать, чтобы конкурировать на мировом пространстве. А без информационных технологий ни нанотехнологии, ни биотехнологии, ни вооружение не могут существовать в принципе. IТ имеют такую особенность: это индустрия, которая развивается сама по себе, но это и мотор для развития всех современных технологий.

Анатолий ШАЛЫТО:
– Я перечислю критические технологии, которые предложено исключить. «Технологии обработки, хранения, передачи и защиты информации». «Технологии производства программного обеспечения». «Технологии распределенных вычислений и систем». «Технологии создания интеллектуальных систем навигации и управления». «Технология создания новых видов транспортных систем и управления ими». «Технологии создания новых поколений ракетно-космической, авиационной и морской техники». «Технологии создания электронной компонентной базы».

Но дело в том, что эти технологии еще долгие годы будут – объективно – приоритетными для России. Вне зависимости от мнения экспертов и включения или невключения их в приоритетные направления. Потому что они являются определяющими для многих областей.

Владимир ПЕШЕХОНОВ:
– Я представить себе не могу, как общество будет развиваться дальше без развития информационных технологий.

На заседании правительства города я привел такой пример. Как известно, наша промышленность имеет производительность в разы меньшую, чем промышленность развитых западных стран. Сперва казалось, что причина в отсталом оборудовании; тогда многие предприятия, институты купили новое оборудование. Догнали ли мы мировую производительность труда? Нет. Почему? Потому что это процесс, цепочка, и цепочку эту организуют именно информационные технологии.

Должно быть компьютерное проектирование с помощью тяжелых САПРов (систем автоматизированного проектирования), должен быть электронный архив, в который складывается вся информация и откуда она должна попадать (опять же электронным образом) к технологам, к метрологам, а от них – на станки. Когда это будет сделано, во-первых, выявится огромное количество несуразностей в организации нашего производства, а во-вторых, эти несуразности можно будет устранить. Только после этого можно на что-то рассчитывать.

Другой пример. Какое вооружение сейчас самое эффективное? Разведывательно-ударные комплексы с системами спутниковой, авиационной, беспилотной (которой у нас, к сожалению, пока нет) разведки. Нужны и линии коммуникаций для передачи разведанной информации в штабы; и компьютерная обработка всей этой информации и выработка рекомендаций. Грубо говоря, в штабах люди должны нажать кнопку «утвердить рекомендации», по линиям коммуникаций поступят команды в средства поражения – и будет нанесен удар по обнаруженным целям. И это должно быть сделано в считанные минуты. Сегодня на это уходят часы и даже дни.

IТ можно сравнить с нервной системой организма, через которую только и могут проходить сигналы управления – и в военном деле, и в гражданской жизни. Иначе паралич. Если не действует нервная система, то от ваших ног, рук, головы толку нет. Жить сможете, но это будет растительное существование.

– Понять логику неведомых экспертов все же можно: лучше сосредоточиться на том, в чем мы конкурентоспособны и не надрываться там, где отстаем. Кстати, в IТ мы так уж отстаем?

Рафаэль ЮСУПОВ:
– В информационных технологиях можно условно рассматривать три составные части: аппаратные средства, программные средства и теоретические основы (методы – модели – алгоритмы). В развитии аппаратных и системно-программных средств мы действительно имеем определенное отставание. Результаты же ряда теоретических и прикладных исследований не уступают, а порой даже превосходят мировой уровень.

Могу об этом судить на примере нашего института. В тяжелые девяностые годы в России мы были совершенно невостребованы. И выжили благодаря интересу западных компаний к результатам наших фундаментальных исследований в области информатики и автоматизации. Мы сумели вписаться в обойму мировой науки в своей области и стремимся сохранить этот статус. Мы можем реально оценивать положение дел в мире и в России и считаем, что огульный подход к отставанию отечественной науки и технологий в области информатики порочен в своей основе.

«Логика экспертов», предложивших проект новой версии перечня, поражает: исключить IТ из приоритетов, в то время как указом президента РФ утверждена стратегия формирования информационного общества в России. Президент создал при себе Совет по информационному обществу – и при этом мы вычеркиваем социально-технологическую основу формирования этого общества, информационные технологии.

Владимир ПЕШЕХОНОВ:
– В нашем случае «логика экспертов» такова: отменить болезнь, раз не умеем ее лечить. Да, у нас есть слабина – но это преодолимо. Понятно, как и что нужно изменить. Куда труднее будет что-то изменить, если на государственном уровне это будет признано неважным или не самым важным.

Что любопытно: только что российские студенты из СПбГУ ИТМО в очередной раз стали чемпионами мира по программированию. Одна из государственных премий, высшая награда страны, в этом году будет вручена Евгению Касперскому – за антивирусные программы. По информационно-коммуникационным технологиям действуют федеральные целевые программы: четыре программы, связанные с космической техникой, пять – с авиационной техникой, запущена программа развития гражданского судостроения (я председатель экспертного совета по этой программе). Каждая из этих программ стоит 100 миллиардов рублей и больше, а все вместе тянут почти на триллион рублей! И они действуют, но оказывается, что сегодня они не очень-то и важны. То есть государство финансирует одни федеральные целевые программы, а приоритетные направления для себя определяет другие? Глупость несусветная.

Валентин МАКАРОВ:
– Есть контрастный момент. За прошедшие годы многое изменилось – не в науке, а в индустрии: за последние 3 – 4 года Россия сделала колоссальный рывок на международном рынке информационных технологий как экспортер. За 2008 год прирост экспорта этих услуг был 35%. Экспорт IТ составил 2,5 миллиарда долларов. Предполагается, что в ближайшее время в странах БРИК (странах с наиболее активно развивающейся экономикой – Бразилия, Россия, Индия, Китай. – Прим. ред.) Индия будет экспортировать программный продукт на 10 миллиардов долларов, Россия – на 3 миллиарда, Китай – на сумму более миллиарда, Бразилия – на 1 миллиард. То есть Россия занимает второе место после Индии по объему экспорта услуг в сфере IТ, имея население в десять раз меньше. В этой нише мы занимаем очень приличное место на мировой арене – третье после США и Индии.

Это произошло в последние годы, а начиналась индустрия с нуля и делалась «на коленке». И теперь в области создания антивирусных программ Евгений Касперский вышел в мировые лидеры; ряд российских компаний подобрался к такому уровню, что становятся конкурентами мировых крупных корпораций.

В мире идет борьба за очень большой кусок пирога. Если за четыре года в России выросла такая плеяда компаний реального бизнеса, то сейчас говорить, будто этого нет и не нужно это развивать... Это значит, что все будет просто продано, скуплено – теми же крупными иностранными корпорациями. А собственного российского конкурентоспособного продукта не будет.

Эдуард ТРОПП:
– Исходя из этого, можно догадаться, кто входит в число анонимных экспертов. Видимо, это среди прочих представители иностранного IТ-бизнеса, имеющего представительства в России.

– А с чего наш IТ-бизнес так вырос за четыре года – неужели потому, что информационные технологии состояли в государственных приоритетах?

Валентин МАКАРОВ:
– IТ в России развивались в первую очередь потому, что в стране образовался капитализм, похожий на капитализм петровской России. Тогда были государственные мануфактуры, делающие сукно, и частные производства ситца, не подвластные государству. При Петре I Россия была по ситцу экспортером номер один. А государственное сукно... Ну, сукно рвалось.

Так и сейчас. Государственные корпорации, получая приличные деньги, считают, что все должно развиваться по их планам: корпорация владеет заводами, станками, покупает какую-то технологию, а предприятия ее развивают. Но в сфере информационных технологий это не работает: нет станков, корпусов и т. д. Есть только голова и компьютер. IТ развивались, утекая сквозь пальцы государственных предприятий. Поэтому естественно, что у госкорпораций к частной IТ-индустрии болезненное отношение. Она не подчиняется государству. На Касперского как повлияешь? Никак. Ну разве что придет он в Кремль, условно говоря, «без галстука» – за государственной премией. А в целом государство развитию IТ не помогало и не мешало. Характерный пример: правительство страны приняло решение о технопарках, но ничего пока не сделано.

Владимир ПЕШЕХОНОВ:
– Я согласен с вами, но есть и другая причина того, что IТ в нашей стране развивались. Эта причина неплохо представлена компанией собравшихся здесь за круглым столом.

Во-первых, у нас хорошая научная образовательная база. Посмотрите: Университет ИТМО – 30 лет назад это был закрытый вуз, средней руки институт, который сделал несколько хороших работ, главным образом в оптике. Сейчас это известный университет информационных технологий. Обучение IТ ведется в Большом университете, в Техническом университете, в Электротехническом университете «ЛЭТИ».

Во-вторых, у нас сильная наука: Институт информатики и автоматизации РАН, который возглавляет Рафаэль Мидхатович, – крупнейший в своей области институт в России, к тому же находящийся в Петербурге. Вырос он из небольшой группы, из вычислительного центра Академии наук. А Эдуард Абрамович, можно сказать, представляет здесь всю петербургскую академическую науку.

В-третьих, уже упомянутый коммерческий сектор, который развивается по своим законам, – и слава богу, что там нужны только голова и компьютер. Но тут свои сложности: имеющие деньги, как правило, не хотят вкладывать их в разработки – они хотят купить готовый продукт. Попробуйте поговорить с нашими замечательными нефтяниками и газовиками. Вы услышите: «Принесите мне готовое, упакованное, сертифицированное».

Я в какой-то степени представляю оборонный комплекс. А в институтах оборонного комплекса информационные технологии не только все шире используются, но и создаются.

Словом, мы живем в городе, где информационные технологии развиваются успешно. И где есть база для еще более быстрого их развития. Но если на государственном уровне будут урезать наши программы, поддержку – конечно, многое не будет реализовано.

Город тоже потеряет: все мы исправно платим налоги, и неплохие. Кроме того, от Петербурга во многом зависит развитие информационных технологий в других регионах: у Рафаэля Юсупова каждый год проходят очень крупные конференции по региональной информатике, у нас в институте проводятся три конференции, имеющие такую же направленность, – в том числе международная, с участием представителей 20 стран.

– Может быть, IТ и так уделяется много внимания – и без ярлыка «приоритет»?

Эдуард ТРОПП:
– Федеральные программы основаны во многом на приоритетных направлениях. Если направление исключают из приоритетных, оно как бы теряет свою легальность и программы прикрываются одна за другой. Тем более сейчас, когда бюджет сокращен.

Владимир ПЕШЕХОНОВ:
– Уменьшится государственное финансирование, а, как правило, рубль государственных денег привлекает несколько рублей частных вложений. Поэтому государство и должно проявить свою заинтересованность, иначе положение, в котором сегодня находится наука в России, из сложного станет безнадежным.

Анатолий ШАЛЫТО:
– Чтобы вы правильно поняли: технологии все равно будут развиваться, например, частным бизнесом. Беда в том, что государство не будет поддерживать это направление ни в вузах, ни в науке. А если прикрыть научные исследования в вузах, то университеты превращаются в ПТУ или курсы повышения квалификации. Как только прекращается финансирование научных исследований (особенно в IТ), выдающиеся молодые люди уходят из науки и из преподавания: они и так самые востребованные персоны, они получают большие зарплаты. Зачем им заниматься наукой, преподавать – особенно если это не очень нужно и государству? Ведь именно внимание государства предполагает строгую отчетность, оно просто вынуждает писать статьи, диссертации, книги и, таким образом, развивать науку.

Не придут молодые в науку – погибнет и промышленность. Просто будут браться западные технологии и внедряться. Куда?! В военно-промышленный комплекс?

Рафаэль ЮСУПОВ:
– Обсуждая важность для развития страны информационных технологий, еще раз подчеркну: уже сегодня IТ становятся базовыми технологиями. А основу инфраструктуры государства (транспорт и т. д.) формируют информационно-коммуникационные технологии.

Говоря об оборонных технологиях, замечу, что во многих странах очень активно разрабатывается так называемое информационное оружие. Его воздействие и на человека, и на информационные системы может быть катастрофичнее, чем воздействие ядерного оружия. Без серьезных отечественных разработок в области IТ мы не сможем в будущем противодействовать этому оружию и будем проигрывать все информационные войны.

Еще один момент. Если мы не будем сейчас серьезно заниматься тем или иным направлением – в частности, информационно-коммуникационными технологиями, – мы со временем перестанем понимать то, что делается на Западе в соответствующей области: и в науке, и в технологиях. И это будет необратимая катастрофа для страны.

Валентин МАКАРОВ:
– Приведу пример, почему в сфере IТ нужно финансировать науку.

Индустрия очень заинтересована в том, чтобы наука помогала находить новые подходы, алгоритмы. Например, «Газпром» крайне заинтересован в том, чтобы моделировать процессы, происходящие в нефтяных пластах, и, соответственно, лучше знать, как искать нефть, как потом правильно ее добывать... Но сейчас практически все программные пакеты для этого зарубежные. В 98% случаев. То есть зарубежные компании, которые моделируют эти процессы, владеют информацией о недрах России.

Рафаэль ЮСУПОВ:
– В то время как у нас делается попытка исключить информационную науку и IТ из приоритетных направлений, в США Барак Обама, выступая перед национальной академией наук, обещал выделять на науку более 3% от ВВП США. У нас на науку идет менее полпроцента от ВВП, и так довольно скудного: в абсолютных цифрах в Штатах финансирование науки (с учетом государственных и частных средств) в сотни раз больше, чем в России.

Анатолий ШАЛЫТО:
– Конгресс США принял решение к 2010 году роботизировать треть техники сухопутных войск. При этом ключевой пункт здесь – разработка различных беспилотных аппаратов: летательных, наземных, морских. Кроме того, в декабре 2007 года минобороны США утвердило основные направления развития безэкипажных и беспилотных систем, и в соответствии с ними уже к 2030 году 30% всех систем должны быть безэкипажными. По мнению зам. начальника Главного управления вооружения Вооруженных сил РФ по перспективным исследованиям Н. И. Ваганова, такие работы необходимо проводить и в России. Н. Ваганов в значительной мере надеялся на проведение работ по этой тематике в рамках федеральной целевой программы, но, как мы уже знаем, направление, определяющее создание роботов военного и гражданского назначения, предлагается исключить.

Опять же только что был сформирован «Суперкомпьютерный консорциум университетов России» под руководством ректора МГУ академика Садовничьего. Цель создания этого консорциума – эффективное использование потенциала высшей школы для развития и внедрения суперкомпьютерной техники в российское образование, науку и промышленность. И сразу после этого предлагается исключить технологии распределенных вычислений и систем!

Валентин МАКАРОВ:
– Мне кажется, нужно вносить предложения, альтернативные тому, что исходили от экспертов в Минобрнауки. Я бы предложил правительству продумать антикризисную программу, основывающуюся на внедрении информационных технологий. Американцы в свое время выходили из кризиса, создавая инфраструктуру – дороги и т. д. Из нынешнего кризиса американцы и европейцы выходят, создавая инфраструктуру инновационного общества. И нам нужно, во-первых, обязательно финансировать науку и образование; во-вторых, финансировать очень сложный процесс трансфера науки в бизнес – процесс, при котором ученые заинтересованы в коммерциализации своих знаний. То, что называется инновационной экономикой.

– Приоритетные направления будут еще рассматриваться Совбезом. Он-то не допустит сокращения, если это угрожает безопасности.

Владимир ПЕШЕХОНОВ:
– Конечно, Совет безопасности будет эти предложения рассматривать. И я уверен, что там нынешняя корректировка перечня не пройдет.

То, что происходит сейчас, я назвал бы дискуссиями: предложения экспертов прошли через Минобрнауки, но это еще не предложения собственно министерства. Оно еще только разослало эти предложения в разные ведомства, где идут обсуждения.

И важно, чтобы в ходе дискуссий коллектив двух тысяч анонимных экспертов немного расширился – за счет экспертов не анонимных. Мы, люди, связанные с информационными технологиями в Петербурге, излагаем свою позицию, и мы ее гарантированно доведем до министра. Важно, чтобы это сделали и другие.

После успеха российских студентов на чемпионате мира по программированию с победителями встретился президент России Дмитрий Медведев. И не в первый раз – он беседовал со студентами еще в качестве премьера и поэтому отметил: «У нас традиция в государстве формируется – сначала вы все доблестным образом выигрываете, а потом московские начальники с вами встречаются и обсуждают».

«У нас, к сожалению, в целом ситуация не так благостно выглядит, как ваши результаты по программированию, – обратился президент страны к чемпионам мира, – потому что все наши попытки создать в России современное информационное общество, начать развиваться по линии инновационной экономики <...> на мой взгляд, пока к особым успехам не привели <...> Когда смотришь на цифры того, где мы находимся по ряду показателей, становится очень грустно».

По словам Дмитрия Медведева, сейчас задача состоит в том, чтобы «все-таки развивать полноценно IТ-индустрию, заниматься развитием коммуникаций, заниматься развитием информационного общества», тем более что кризис ударил по IТ-сфере меньше, чем по сырьевому сектору.

«Если бы у нас развивались нормально инновационные компоненты нашей экономики, кризис бы нас в меньшей степени затронул», – сказал президент.

На уровне разработок, на уровне индивидуальных решений, подчеркнул глава страны, «все идет неплохо и сохраняется высокий потенциал, который когда-то был создан нашей научной школой», но, как только заходит речь о коммерциализации, «мы сразу же теряем огромное количество очков. Причем в этом смысле уступаем в конкурентной борьбе почти всем государствам».

«На мой взгляд, самое слабое звено – каким образом мотивировать бизнес к этой работе? – считает Дмитрий Медведев. – Бизнес не хочет заниматься венчурными проектами, бизнес не хочет рисковать».

Однако, как уверили президента студенты Университета ИТМО, бизнес все же позволяет себе некоторый риск: уже появились компании, которые участвуют в программе ИТМО «Сохраним в университетах лучших». Суть ее в том, что IT-бизнес не переманивает к себе из университетов выдающихся выпускников, а фактически оплачивает их труд как преподавателей, чтобы они оставались в вузе, занимались наукой и готовили для индустрии следующее поколение. Президент Дмитрий Медведев охарактеризовал это как «хорошую идею».

Подготовила Анастасия ДОЛГОШЕВА

ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА



Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru