21 июля 2017, Пятница
PDA RSS
РУБРИКИ
Свежий номер
Городские новости

Политика

Экономика

Общество

Культура

Спорт

Наследие

Круглый стол

Номера газеты в формате PDF
АВТОРИЗАЦИЯ
Логин  
Пароль  
Запомнить меня
 
  Регистрация
  Забыли пароль?
О ГАЗЕТЕ
Сотрудники

Реклама

Подписка

История газеты

Учредитель

Как с нами связаться

ГОСТЬ РЕДАКЦИИ

Наталья  Васильевна  СЕРОВА
11.10.2013

«Социальный лифт» для одаренных


16 октября Академической гимназии СПбГУ исполняется полвека.

Впрочем, за 50-летием придет 290-летие: учебное заведение, которое появилось в 1724 году, вместе с Академией наук в 1963 году было просто восстановлено.

Эта гимназия во многом разрушает этакое общее представление о гимназиях с историей: обитает не в старинном особняке, а в типовых зданиях на Васильевском острове и в Петергофе; гимназисты вовсе не «избранные», хотя принимают сюда избирательно, т. е. по конкурсу; гимназиям больше свойственен гуманитарный уклон, а этой – естественно-научный.


Директор гимназии рассказала и об этих особенностях, и о том,
как справляться с взрывной смесью – умниками подростково-юношеского возраста, которых к тому же не припугнешь вызовом родителей в школу: традиционно большая часть гимназистов – приезжие.

 




– Наталья Васильевна, на первом этаже гимназии объявление висит: «Конкурс дублеров на День самоуправления».

– Есть у нас ежегодный День самоуправления: дети дублируют всех, от директора до младших воспитателей в интернате. И эта традиция себя оправдывает: мы ребят в деле смотрим, они потом становятся ядром школьного самоуправления. Многие вопросы могут решить только они сами. Например, проблему с дресс-кодом, которая обсуждалась у нас несколько лет...


– Что ж тут сложного: теперь закон велел – вот пусть и носят форму.

– Для нашей гимназии это сложно по двум причинам. Первая: почти 70% наших ребят – иногородние, в том числе из дальних регионов. 17% – из пунктов с населением меньше 50 тысяч человек. Большинство наших учеников живут в общежитии, им трудно наладить быт, наглаживать форму, особенно мальчишкам.

Дресс-код у нас демократичный: единую форму мы себе позволить не можем, поскольку материальное положение родителей разное, так что все просто – пуловер, юбка, брюки... Джинсы и кроссовки запрещены. Дети это правило приняли – и все благодаря самоуправлению. Когда начали управлять, стали понимать проблемы взрослых.

Есть еще один момент. Наша гимназия ежегодно очень сильно обновляется. Наполовину. Всего в АГ учатся 360 человек, из них новеньких в этом году пришли 190. То есть ежегодно половине коллектива надо объяснять здешние правила – и у старших детей это лучше получается. Они, например, очень доходчиво объясняют младшим, почему нужно вовремя лечь спать.


– Какие приводят аргументы?

– Сильнее всего действует аргумент «вы подводите своего классного воспитателя». Действует, потому что его произносит ребенок. Тогда он транслирует две важные вещи: то, что мы здесь друг за друга отвечаем, и, второе, что взрослые тут не надсмотрщики, они твои товарищи. У нас действительно традиционно очень демократичные отношения между учителями и детьми, потому мы и можем некоторые задачи переложить на учеников.


– АГ очень отличается от большинства гимназий. Что вообще это такое?

– Наша гимназия отличается и от школ микрорайона – тем, что принимает по результатам вступительных испытаний, и от элитных – тем, что мы не готовим ребят с 5-го класса, например, а получаем их уже в 9-м или 10-м классе.

Мы ориентированы скорее на способных, чем подготовленных. На вступительном экзамене ребенок может показать свою способность решать исследовательские задачи и при этом не уметь, условно говоря, складывать дроби. Ну не было в его деревне, например, какое-то время учителя математики. Особенно сложно с физикой. Разные программы, разные подходы, концентрическая система...

В этом году, кстати, очень ярко проявилась особенность, которую мы и раньше подмечали: дети, которые легко решают нестандартную задачу, на стандартных проваливаются. Потому что иногда плохо подкованы в элементарных вещах. Наша задача – подтянуть их в этом, но не загрузить типовыми заданиями, иначе утрачивается та самая интуиция, которая помогает находить нестандартные решения.


– Не разумнее ли набирать сразу тех, кого не надо в элементарном подтягивать? Я не в плохом смысле, а в конструктивном: тогда ведь быстрее получите выдающийся «продукт».

– Наверное, так было бы проще. И многие школы идут этим, вполне конструктивным, путем. Но мы изначально создавались для другого. Наша задача – предоставить способным ребятам из глубинки то, что сейчас называется «социальным лифтом».


– Вы, получается, ежегодно видите такой поколенческий «срез» в масштабах России.

– Да, мы видим особенности разных поколений. Года два назад пришли ребята, которые в социальном смысле были очень оппозиционно настроены по отношению к взрослым. Воспитатели первую четверть дежурили в интернате ночью по трое-четверо, чтобы порядок поддерживать. Нынешний набор быстрее адаптировался к правилам, зато все в гаджетах: еще в прошлом году не было такого повального сидения в коридорах с мобильниками.

Но вообще у приезжих детей, особенно из глубинки, система ценностей такая... глубоко нравственная. То, что культивировалось в советское время и что потом профанировалось, у них сохранилось. Они хорошие товарищи, очень конструктивно взаимодействуют, им легко быть честными. И, когда они здесь встречают преподавателей, которые поддерживают эту систему ценностей, создается атмосфера, которую мы называем интерновским братством. Они потом и по жизни идут вместе, поддерживают связь. Много выпускников работают у нас волонтерами – помогают делать домашние задания.

И к нам приходят очень мотивированные и самостоятельные дети. Ехать в Петербург, поступать в гимназию – как правило, не родительское решение. Родители, наоборот, часто побаиваются их отпускать в другой город. А эти ребята нацелены поступать в СПбГУ, они понимают, что здесь их будут учить не учителя в привычном смысле слова... Все-таки у нас не школьный тип преподавания.


– В чем выражается этот другой тип преподавания?

– Основная часть наших преподавателей – университетские люди. Думаю, ни в одной школе нет такого массового прямого взаимодействия «ученый – ребенок».

И наши преподаватели очень часто работают на уроках как исследователи, не как лекторы. Самая востребованная форма работы у них – эвристические беседы, это когда нет готового решения даже у самого преподавателя. Он вместе с детьми это решение ищет. Нет такого: показал детям, как действовать по алгоритму, и они целый урок это отрабатывают. На отработку алгоритма тратится совсем немного времени, ребята доводят дело до конца самостоятельно. А на уроках развиваем исследовательские компетенции. Это одна из самых дорогих нам целей: чтобы дети становились исследователями. Мы подсчитали: каждый восьмой наш выпускник получил ученую степень. Другой вопрос – востребовано ли это сейчас рынком труда.

Однако к рынку все равно придется приспосабливаться. Для нас это вполне решаемая задача, т. к. стиль нашего преподавания вполне универсален. Ориентируясь на рынок, мы открыли в прошлом году класс «Математика и кибернетика» – надеемся, будем и программистов приличных выпускать. Это возможно, поскольку главный наш предмет – математика. Достаточно высокий уровень подготовки по этому предмету позволяет огромному количеству наших выпускников работать в IT-компаниях.

С самого начала кроме физико-математического направления в гимназии развивалось и химико-биологическое, недавно мы разделили химиков и биологов и увидели, что это действительно «разное». Биологов мы воспитываем, с одной стороны, как «полевиков», с другой – как исследователей, и интерес к исследовательской деятельности возникает еще и потому, что учащимся гимназии доступно самое современное оборудование лабораторий университета. Наши химики выполняют работы на химическом факультете, например, в лаборатории хроматографии, физики будут выполнять лабораторные работы на физическом факультете. Класс географии и геоэкологии проводит на факультете 20% учебного времени. Больше того, университет ставит перед нами задачу привлекать обучающихся к научно-исследовательской деятельности в составе научных коллективов СПбГУ. Это было бы серьезным шагом вперед в развитии школьного образования.


– Как согласуется «исследовательский» подход к преподаванию и ЕГЭ?

– Это согласуемые вещи. Поскольку ребята быстро отрабатывают алгоритм, они быстро справляются с алгоритмической частью ЕГЭ и берутся за сложные задачи части С. Другой вопрос, что мы их предостерегаем от излишнего умствования. Взять, например, ЕГЭ по русскому языку: у наших ребят вопрос уже не в том, какую букву поставить, а в том, почему возникает такая языковая проблема и почему язык решает ее так, а не иначе. И в математике они осознают, что задача может иметь не одно предложенное решение. Наши преподаватели часто дают задачи на перебор: одно решение не подошло – ищем другое, третье, четвертое. Это приучает к тому, что задача в любой сфере может и не решиться с наскока.

Это не ноу-хау. Думаю, во всех школах, которые ориентируют детей на высокий уровень задач, исповедуется такой подход.


– Новый закон «Об образовании» изменил жизнь гимназии?

– Изменит, и очень сильно. Мы должны будем выделить непрофильные предметы, а нам хотелось бы сохранить общий высокий уровень. В программе развития Академической гимназии СПбГУ на период с 2013 по 2020 годы прямо записано: «Необходимо обеспечить паритетное соотношение результатов единого государственного экзамена по профильным и непрофильным учебным дисциплинам».

Вообще-то новый закон нам подходит: мы и так давно работаем по профилям, давно ведем исследовательские работы (а закон упоминает проектную деятельность). Когда Университет решил развиваться в естественнонаучном направлении, гимназия, естественно, тоже приняла этот курс, и сейчас у нас 60% – физико-математическое направление и 40% – «естественники».


– Юбилей – повод не только подводить итоги, но и ставить задачи на будущее. Какие задачи у Академической гимназии?

– Мы вошли в топ-500 российских школ, но не вошли в топ-25. По одному показателю, результатам ЕГЭ, мы не уступаем лидерам. Но у нас «не очень» со вторым критерием – олимпиадной деятельностью. На то есть причины: школа долгие годы исповедовала принцип – «мы не готовим олимпиадников». Олимпиада – часто спорт высоких достижений, а это сужает общий уровень ребенка.

Но время требует того, чтобы мы во всех рейтингах были вверху списка. Это тоже своего рода рынок, с жесточайшей конкуренцией. Просто надо понимать, в какой нише мы будем в этой конкуренции действовать.

Еще одна вполне амбициозная задача – сформулировать педагогическую проблему использования дистанционных технологий в обучении и попытаться найти пути ее решения. Мы располагаем возможностью доступа к большому количеству электронных ресурсов Университета, но пока они используются не в полной мере.

И одна из самых больших наших надежд: хочется, чтобы наши ребята, став студентами, уже работали в лабораториях, пусть на должностях лаборантов. Сейчас серьезный кадровый дефицит среднего звена, а наши выпускники быстрее пройдут путь ученичества, быстрее изберут свою стезю в науке, быстрее защитят кандидатскую, докторскую. Тогда была бы достигнута цель – «социальный лифт» для талантливой молодежи.


ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА


Подготовила
Анастасия ДОЛГОШЕВА

 

Версия для печати

Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru