31 августа 2016, Среда
PDA RSS
РУБРИКИ
Свежий номер
Городские новости

Политика

Экономика

Общество

Культура

Спорт

Наследие

Круглый стол

Номера газеты в формате PDF
АВТОРИЗАЦИЯ
Логин  
Пароль  
Запомнить меня
 
  Регистрация
  Забыли пароль?
О ГАЗЕТЕ
Сотрудники

Реклама

Подписка

История газеты

Учредитель

Как с нами связаться

КУЛЬТУРА

Выпуск  № 193  от  14.10.2014
Как завыванье ветра над землей
Владимир ДУДИН

«Военный реквием» Бриттена в Концертном зале Мариинского театра и «Песнь о земле» Малера в Большом зале Филармонии – такими масштабными сочинениями сезоны в Петербурге не начинались очень давно.

Поразительно, как в нервные исторические моменты искусство спешит выполнить свою социальную функцию, подчас в ущерб эстетической, а смысл и необходимость филармонической жизни приобретают особую остроту. «Последние вопросы бытия» в неспокойную эпоху всплывают словно сами собой. И вот уже Валерий Гергиев пригласил украинку Оксану Дыку, обладательницу зычного драматического сопрано, спеть в «Военном реквиеме» Бриттена, а дирижер Владимир Альтшулер впервые за много лет дерзнул осилить такую вокально-симфоническую глыбу, как «Песнь о земле».

Впервые «Военным реквиемом» Валерий Гергиев удивил музыкальную общественность полтора года назад, когда на «Звездах белых ночей» партию сопрано в этом сочинении Бриттена исполнила Анна Нетребко. Певица поразила своих поклонников отвагой, выйдя на не знакомую до той поры территорию музыки ХХ века. В Мариинском театре она отрепетировала эту партию перед дебютом в ней на Зальцбургском фестивале тем же летом 2013-го. Трудно было избежать соблазна и не сравнить ее с Галиной Вишневской, для которой Бриттен и писал партию сопрано в своем антивоенном «Военном реквиеме».

На Зальцбургском фестивале, где была сделана аудиозапись, вместе с Анной солировали выдающийся британский тенор Йэн Бостридж и американский баритон Томас Хэмпсон под руководством итальянского маэстро Антонио Паппано. Но Анна – певица слишком занятая. Кто знает, может быть, она и могла бы во второй раз спеть на открытии сезона в Мариинском театре эту непростую партию сопрано, которую в результате исполнила Оксана Дыка. Украинка с итальянским гражданством очень мощно заявила о себе на российских дебютах в Мариинском театре, спев не только Тоску, но и Ярославну в «Князе Игоре» Бородина. Крупный инструментальный голос Дыки с впечатляющими верхами, возможно, с чуть более приглушенными низами оказался способен на многое. Как минимум на то, чтобы говорить с громким гергиевским оркестром на равных. После Нетребко с ее взвинченной, мятежной манерой, и в самом деле приближающей ее к великой предшественнице Вишневской, интерпретация Дыки изумила сдержанностью, а в чем-то и отстраненностью. Lacrimosa с ее колючими слезами она спела слишком инструментально, слишком по-мужски, строго, с чувствами на замке. В этой Лакримозе Бриттен явно осознанно напомнил о Лакримозе из гениального моцартовского Реквиема. Так же как напомнил о гневном Dies irae из Реквиема Верди, подчеркнув преемственность идеи.

Впрочем, в музыке Бриттена и без того хватало поводов, чтобы не просто разрыдаться, а завопить от ужаса и бессмыслицы войны. По контрасту к рациональной сопрано, возможно, сознательно отказавшейся здесь от выпячивания своей индивидуальности во имя хоровой соборности, выступили два страстных мужских голоса – баритон Владислав Сулимский и тенор Александр Тимченко. Отдаленно напомнивший по манере пения гениального британца Марка Пэдмора, Александр Тимченко был неподражаем в своих пацифистских монологах в этом реквиеме (ему очень идет английская музыка, и он незаменим в партии Куинта в «Повороте винта» Бриттена). Сильнейшей кульминацией стала тихая дуэтная колыбельная своего и чужого, «английского» и «немецкого» солдат, прозвучавшая гимном пацифизма. Хор звучал как единый инструмент, демонстрируя богатую палитру нюансов. Валерий Гергиев завершал последние такты своим шепчущим дирижерским «ууу», которое воспринималось как завывание холодного потустороннего ветра. В зале минуты на три воцарилась тишина, которую принято называть гробовой, – эффект был достигнут, послание Бриттена воспринято.

«Песнь о земле» Малера не звучала в петербургской Филармонии очень давно. Разумеется, за дирижерским пультом больше хотелось видеть Юрия Темирканова и слышать заслуженный коллектив. Но и Академический симфонический оркестр Филармонии под управлением Владимира Альтшулера, как выяснилось, сумел добиться многого. И даже в далеком от идеала виде смыслы симфонии-кантаты Малера не просто дошли до слушателя, но подействовали сильнейшим образом, едва не вогнав в депрессию. В этой музыке композитор с помощью стихов средневековых китайских поэтов пытался найти ответ, что будет после того, как исчезнут красота и радости, привязанности, желания, соблазны и суета Земли. В финальной VI части «Прощание» все рушится, летит в бездну, зацепиться за последний луч солнечного света уже невозможно, у слушателя выбита почва из-под ног.

Фигура обрушения заявлена уже в первой части, где заливистый тенор пессимистично объявляет: «Мрачно в этой жизни, Ждет нас смерть». Тенор Дмитрий Головин, к сожалению, был чересчур привязан к нотам, чтобы говорить о какой-то интерпретации, да и слушать его оркестр почти не давал, заглушая грохотом безудержных эмоций. Оркестру не хватило сбалансированности, чуткости групп друг к другу, отчего нередко возникало ощущение разваливающейся формы.

На счастье дирижера, у него была прекрасная меццо-сопрано, которой музыка Малера очень близка, – Олеся Петрова, ученица Ирины Богачевой. Красота тембра певицы с проникновенным грудными нотами в сочетании с сердечностью прочтения рождали правильный малеровский эффект – душа опустошалась до дна, с тем чтобы воскреснуть для новой жизни.
 


Версия для печати

КОММЕНТАРИИ


Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru