28 мая 2017, Воскресенье
PDA RSS
РУБРИКИ
Свежий номер
Городские новости

Политика

Экономика

Общество

Культура

Спорт

Наследие

Круглый стол

Номера газеты в формате PDF
АВТОРИЗАЦИЯ
Логин  
Пароль  
Запомнить меня
 
  Регистрация
  Забыли пароль?
О ГАЗЕТЕ
Сотрудники

Реклама

Подписка

История газеты

Учредитель

Как с нами связаться

КРУГЛЫЙ СТОЛ

Выпуск  № 250  от  25.12.2012
Белая идея
под Красным знаменем

СССР как продолжение и антитеза Российской империи

90 лет назад, 30 декабря 1922 года, родился Союз Советских Социалистических Республик. Каких бы взглядов на советскую эпоху мы сегодня ни придерживались, но факт остается фактом: дата основания СССР разделила мировую историю на «до» и «после». О том, чем стал Советский Союз для мировой цивилизации на момент своего создания, стал ли он полноправным наследником Российской империи, был ли заложен в его основу «ген авторитаризма», на «круглом столе» в нашей редакции дискутировали доктора исторических наук, профессора петербургских вузов: Абдулла ДАУДОВ (СПбГУ); Владлен ИЗМОЗИК и Александр ОСТРОВСКИЙ (Университет телекоммуникаций); Владимир КАЛАШНИКОВ (Электротехнический университет); Тамара СМИРНОВА (Университет аэрокосмического приборостроения), а также доктора исторических наук – главный редактор журналов «История Петербурга» и «КЛИО» Сергей ПОЛТОРАК; профессор, зав. отделом истории общественного движения и революций России Института истории РАН Николай СМИРНОВ и кандидат исторических наук доцент Медицинского университета Алексей ЯКОВЛЕВ.

Спасенная империя

– Каковы были предпосылки создания Советского Союза?

Владимир КАЛАШНИКОВ:
– Уже с началом Первой мировой войны Российская империя вступила в процесс распада, но до Февральской революции о готовности выйти заявляла только Польша. После Февраля центробежные тенденции охватили всю империю. Стали требовать независимости финны. Пронемецкие силы втягивали Белоруссию и Украину в состав Германской империи. Летом 1917 года центральная рада Украины, формально претендуя только на статус автономии, потребовала у Временного правительства права на создание национальной армии и начала ее формировать. А это первый шаг к национальному государству.

До осени 1917 года сепаратисты боялись делать решительные шаги, потому что не знали, чем все кончится в центре. Вдруг вернется власть монарха? А если к власти придет кто-то вроде Корнилова и установится военная диктатура? Когда же к власти пришли большевики, для мира это стало концом российской государственности, и империя тут же распалась. Это произошло так быстро и потому, что у большевиков был лозунг: «Право наций на самоопределение вплоть до отделения». И сепаратисты не могли им не воспользоваться. Распад империи, скрепленной, по сути, личной присягой всех подданных монарху, поставил вопрос об объединении народов России на какой-то иной основе. Но это произошло не сразу.


Александр ОСТРОВСКИЙ:

– При этом за рубежом существовали силы, рассчитывавшие на расчленение нашей страны. Как только Колчак поставил своей целью воссоздать единую и неделимую Россию, подпитывающий его финансовый поток из-за рубежа начал иссякать. Та же история повторилась и с Деникиным. Причем в 1919 г. Антантой была сделана попытка собрать на Принцевых островах представителей всех правительств на территории России и добиться заключения между ними мира, что означало бы расчленение страны.


Владимир КАЛАШНИКОВ:
– Многие из возникших самостоятельных государств были независимыми только на бумаге. Так, западные «осколки империи» создавались под немецким протекторатом, и, когда немцы войну проиграли, в двух из них – в Белоруссии и на Украине быстро установилась власть Советов. Но Москва не пошла на ликвидацию этих государственных образований, и в 1919 году возник военно-политический союз советских республик – Украины, Белоруссии и РСФСР. Сама же РСФСР была огромным образованием. Достаточно сказать, что вся Средняя Азия и Казахстан входили в состав РСФСР на правах автономий.


Николай СМИРНОВ:

– К 1922 году стало очевидным, что на смену «рамочному союзу» должно прийти полноценное государство. При этом не было какого-либо одностороннего диктата, никто никого не заставлял вступать в СССР. Да, у власти была одна партия. Но тем не менее на Украине эта партия чувствовала себя совершенно иначе, чем в Белоруссии, а в Белоруссии иначе, чем на территории Российской Федерации.

Как представляется, идеи развития национального самосознания в годы Гражданской войны возобладали на каждой отдельно взятой территории, которые раньше входили в состав Российской империи. Украина мечтала о создании собственности государственности? Конечно, мечтала. И попытка была – вспомните гетмана Скоропадского. И чем все это закончилось? Тем, что украинцы поняли: самостоятельно мы существовать не сможем.


Владлен ИЗМОЗИК:
– В известной степени СССР унаследовал традиции Российской империи. Ведь была же идея сибирской автономии, казачьей автономии на Дону. Да и царская Россия не была тюрьмой народов, которой ее показывали в советское время. Но по мере развития национальных культур, формирования национальных кадров появляется и естественное желание к самостоятельности. Перед большевиками эта проблема тоже встала. И тут нужно отдать должное Ленину как великолепному политику, умеющему менять установки в зависимости от ситуации. В 1913 году Ленин – ярый защитник унитарного государства с областной автономией, а в 1917 году он – убежденный федералист.

В 1919 году ставится вопрос об объединении республик в силу военной необходимости. Если бы на Генуэзской конференции было представлено девять советских республик, им было бы сложно говорить «в унисон». Поэтому республики подписывают соглашение, по которому РСФСР будет представлять интересы их всех. Тут же появляется план Сталина об автономизации советских республик – альтернатива Советскому Союзу. Но Ленин отстоял принцип федерации, и в 1922 году появился СССР...


Александр ОСТРОВСКИЙ:
– Чтобы понять остроту момента, следует вспомнить, что в Российской империи проживали около двухсот народов. Русские составляли менее половины.


Владлен ИЗМОЗИК:

– Все предшествующие созданию СССР годы большевики искали оптимальную модель сосуществования народов в новой политической системе. В составе РСФСР создаются республики как по национальному признаку (Татарская, Башкирская), так и по территориальному (Дагестанская, Горская, Крымская). Вспомним статью Ленина 1914 года «О национальной гордости великороссов», где он писал, что Великороссия хочет быть свободной, уважаемой соседними народами. Описанная Лениным идея дружбы и равенства народов была прекрасна, но посмотрим правде в глаза: «становым хребтом» нового государственного образования был ЦК РКП(б). Даже вопрос о создании и ликвидации Дальневосточной республики решался в Москве, а первый Съезд Советов СССР прошел формально: вопросы решили за четыре часа.


Тамара СМИРНОВА:

– Так ведь все документы были обсуждены на местах и подписаны накануне, а съезд только утвердил решение республик...


Владимир КАЛАШНИКОВ:

– Удивительный факт: после Первой мировой войны распалось четыре империи: Германская, Австро-Венгерская, Оттоманская, Российская. Только одна восстановилась на новой основе – Российская. И важно понять: почему большевикам удалось собрать распавшуюся империю. Идеология национализма – сильнейшее оружие. В гражданскую войну белые генералы пытались собрать Россию под лозунгом «Единая и неделимая». И это стало одной из важнейших причин поражения белого движения. Против них выступили все. А большевики выдвигали обратный лозунг: «Право наций на самоопределение» и смогли собрать почти всех.

Почему? Потому что этот лозунг они дополнили принципом солидарности всех бедных против богатых. И идеология интернациональной солидарности всех трудящихся в тех конкретных условиях решила две важнейшие задачи, внутреннюю и внешнюю: 1) воссоединила распавшуюся страну; 2) не дала возможности западным странам задушить новое и очень слабое тогда государство. Антанта не могла заставить своих солдат воевать против Страны Советов.


Александр ОСТРОВСКИЙ:

– Для оценки роли большевиков можно привести слова человека, которого никак нельзя заподозрить в преклонении перед ними, – монархиста Василия Шульгина. В 1921 году в книге «1920-й год» он писал: «Белая идея победила под красным знаменем». В данном случае он имел в виду идею сохранения единой и неделимой России. И все же я бы хотел заметить, что объединение советских республик было вызвано чисто экономическими потребностями. 1922 год – это страшная ситуация, это разруха. Только совместными усилиями был возможен выход из этого страшного положения.

 


Лаборатория мировой революции

– Была ли какая-то сверхидея при создании СССР, кроме объединения разрозненных республик?

Сергей ПОЛТОРАК:
– Да, иначе большевики не стали бы так тщательно выстраивать союзное государство. К 1922 году ленинская концепция мировой социалистической революции осталась в теории. Было понятно, что в ближайшем будущем глобальной победы пролетариата не будет. Но появилась уникальная возможность создать модель мировой революции в некоей «творческой лаборатории», которой и стал Советский Союз. В этом образовании присутствовало все, что было в мире, – разные языковые группы, вероисповедания, культурные традиции. Например, с помощью того же «религиозного моста» марксистские идеи могли вписаться в контекст жизни государств Азии и Дальнего Востока.

Был в Советском Союзе опыт и работы со странами Запада. Не получилось с Финляндией и Эстонией, но была Советская Белоруссия. Она могла стать плацдармом для проникновения марксистских идей в Старый Свет. Был Кавказ – регион очень полезный для будущей революции, мостик и в Турцию, и на Ближний Восток. Никто не собирался останавливаться на достигнутом. В моем представлении Советский Союз – это политическая площадка, которая в дальнейшем должна была развиваться в мировом масштабе.


Владлен ИЗМОЗИК:

– Вдумаемся в само название: Союз Советских Социалистических Республик. Нет ни территориального, ни национального фактора. Любая страна Европы, Азии и Африки, в которой к власти пришли коммунисты, могла бы стать членом СССР. В первой советской Конституции так и значилось: «Всемирный союз советских республик». Я думаю, что внимание к Средней Азии и вложения туда должны были продемонстрировать народам Востока пример, которому может последовать Индия и другие страны.


Александр ОСТРОВСКИЙ:
– Вспомним, как Ленин первоначально хотел назвать союз: Советский Союз Республик Европы и Азии...


Абдулла ДАУДОВ:

– Какой бы ни была далекая стратегическая цель СССР, это государство за короткий срок сделало то, чего империя Романовых не могла сделать. По тем темпам ликвидации неграмотности в Средней Азии, которые были в Российской империи, для решения вопроса требовалось 600 лет. Советская власть решила эту проблему буквально за двадцать лет – что, на мой взгляд, было не под силу ни одной державе, построенной на рыночной основе. Ликвидация неграмотности стала задачей государственной важности, на решение этой задачи были брошены лучшие кадры партийных и государственных работников. Создан был и специальный орган – ВЧК ликвидации неграмотности. Новая власть сумела найти адекватную форму государственного устройства для каждого народа. В СССР появились 15 союзных республик, 20 автономных республик, 10 национальных округов, 8 автономных областей. Каждый народ стал реальным носителем государственности.


– Выходит, нельзя считать СССР прямым наследником Российской империи?

Николай СМИРНОВ:
– Советский Союз – противоположность Российской империи. Государство, которое строилось на совершенно иных принципах. Союз создавался в противоборстве двух подходов – федерализма и областничества. С одной стороны – Ленин с идеями федерализма, с другой – Сталин с идеями областничества. Если бы в 1922 году победил Сталин, мы получили бы аналог Российской империи – губернскую систему, к которой нас сегодня призывают вернуться и где все национальности удачно растворятся. Глубоко убежден – это иллюзия. Областничество не привело бы к растворению национальностей, но породило бы ряд новых проблем. Советский Союз – не империя уже хотя бы потому, что в основе лежал принцип самоопределения.


Абдулла ДАУДОВ:

– У меня другая точка зрения. Образование СССР – это закономерный итог развития взаимоотношений между народами Российской империи. Ведь она сильно отличалась от западных: ни один народ под владычеством России не исчез с лица земли.

 


Национальный подъем

– Взять тот же национальный вопрос: чукчи получили доступ к управлению своей землей, о чем канадские инуиты могли только мечтать...

Александр ОСТРОВСКИЙ:
– Действительно, до революции представители местных национальностей поднимались в лучшем случае до уровня уезда. Даже земские начальники чаще всего назначались из русских, о губернаторах, министрах, Госсовете, Сенате и говорить не приходится. В СССР во всех республиках становым хребтом государственного аппарата стали компартии. Они имели сугубо выраженный национальный характер. Центр назначал первого секретаря из представителей местной национальности, к нему из центра присылали второго секретаря – для контроля. Назначали председателя КГБ, МВД. Остальные вакансии закрывались национальными кадрами. С 1922 года начинается быстрое формирование местной элиты – хозяйственной, политической, культурной. С определенного момента у них должно было возникнуть желание усилить свою власть.


– Как большевики упредили «парад суверенитетов»?

Владимир КАЛАШНИКОВ:
– РСДРП традиционно строилась как интернациональная партия, и, когда большевики пришли к власти на местах, они проводили политику одной партии. Были разные республики, но партия была одна. Это и был важнейший фактор, который сохранил единство страны.


Тамара СМИРНОВА:
– Национальный прорыв выразился в формуле «дружба народов». В рамках Советского Союза произошло выравнивание уровней развития народов. Речь идет о тех, кто давно пошел по пути технологического развития, и о народах, которые еще были в состоянии первобытного общества. Плюс средневековые, клановые отношения и так далее. В Таджикистане учиться стали в 700 раз больше детей, чем в 1914 году, – от таких величин дух захватывает. А в 1930 – 1932 годах была ликвидирована безграмотность сразу 30 миллионов человек.

В СССР была создана алфавитная письменность для 75 народов, включая цыган, вепсов, ижор и совсем малочисленных народов. Важно, что в этой системе Ленинград стал центром просвещения народов Крайнего Севера и Дальнего Востока, и наш город сохраняет эти позиции до сих пор. Парадокс: если попытаться назвать некую общую «столицу» всех малочисленных народов северной и восточной части страны, то ею окажется один из самых западных городов России – Ленинград, нынешний Петербург.

Новая историческая общность, которой стал советский народ, утвердила свою легитимность в годы Великой Отечественной войны. Те же, кто делал ставку на разрыв по национальному признаку, проиграли. Из 12 тысяч героев Советского Союза более 8 тысяч русских, 2 тысячи украинцев, 300 белорусов, остальные – представители других национальностей.


Абдулла ДАУДОВ:
– Вот спорят, кто кого кормил: центр окраины или окраины – центр? Конечно, основная тяжесть экономического развития и ликвидации неравенства народов – а это была важнейшая задача национальной политики Советской власти – легла на русский народ. Может, из-за этого впоследствии появился тезис о том, что самый обделенный народ – русские.


– А разве это было не так?

Николай СМИРНОВ:
– Конечно, нет. Советский Союз открыл совершенно новые перспективы и перед носителями коренной русской культуры. Из среднестатистического «жителя Тамбовской губернии» русский превратился в человека мира, а русская цивилизация выросла из «уездных лаптей» до уровня евразийской и даже глобальной. Русские несли великую культуру народам, представителей которых называли равными себе, а не каким-то «аборигенами». Эта модель в корне отличалась от «бремени белого человека» в английской колониальной традиции.

Я – единственный из участников «круглого стола», кого можно назвать апатридом. То есть человеком, оставшимся без родины. Я уроженец столицы Таджикистана города Душанбе, и сегодня я там никто. В школе со мной учились корейцы, немцы, узбеки, таджики, киргизы, русские, украинцы, и никогда у нас не было такого, чтобы внутри класса или внутри школы мы дистанцировались друг от друга по национальному признаку. Кто-то говорил по-русски лучше, кто-то хуже, но никогда никто из нас не обращал на это какого-то особого внимания.

Нельзя сказать, что образование СССР позитивно сказалось на национальных окраинах и негативно – на центре. В новом государстве люди должны были осознать, что нет сегодня великоросса и нет инородца, что все они равноправные граждане единого государства.

 


Новый мир

– Что еще дал Советский Союз кроме новаций в национальном вопросе?

Николай СМИРНОВ:
– Советский Союз дал многое. Единая валюта для группы государств – где она впервые появилась? Европейский союз, признает он это или не признает, повторил советский опыт введения единой валюты. Назовите государства ХХ века (кроме США), которые могли сравниться по объему экономики, научного потенциала с Советским Союзом. Посмотрите на принцип создания Европейского союза: не находите ли вы, что он во многом использовал опыт формирования СССР? Не сомневаюсь, руководители стран ЕС от этого будут открещиваться и утверждать, что они заимствования этого опыта не хотели. Да хотели-хотели! Создание Советского Союза произошло вполне естественно: экономические факторы здесь довлели в первую очередь. И только во вторую очередь политические.


Владимир КАЛАШНИКОВ:
– В Союз вошли те, кто был объективно заинтересован в том, чтобы остаться. Российская империя в конце XIX – начале ХХ века представляла собой единый народно-хозяйственный комплекс. И любая часть, которая уходила из этого комплекса, не имела тогда равноценной замены: 90% угля и металла – это Донбасс и Кривой Рог; вся нефть – это Баку; хлопок – Средняя Азия; текстильное производство – Подмосковье; машиностроение – Петербург, Северо-Запад. Если такая система распадается, проигрывают все.

Объединившись, все выиграли. В рамках СССР объединившиеся народы уже в межвоенный период сделали немыслимый рывок: в два – четыре раза сократили отставание от Запада по основным социально-экономическим показателям.


Алексей ЯКОВЛЕВ:
– Вызовом СССР мировой цивилизации стало равенство политических прав, экономических возможностей, прямого избирательного права всех сословий – ничего подобного доселе не было. Уж, казалось бы, образчик демократического государства Швейцария лишь к середине ХХ века в полном объеме внедрила всеобщее избирательное право. А Советский Союз уже в 1920-е годы дал гражданам возможность избирать и быть избранными. Что из этого получилось в дальнейшем – тема отдельной дискуссии, но для 1922 года прорыв был невиданным. И другие страны, на которые теперь принято равняться, переняли и усовершенствовали опыт СССР. Может, не было бы Советского Союза – не было бы ни «скандинавского социализма», ни современного социально ориентированного капитализма.

 


Код разрушения

– Итак, в 1922 году СССР был образцом демократии, моделью подлинно свободного государства. Но не прошло и двух десятилетий, как... Неужели тоталитаризм был заложен в генетический код советской страны?

Александр ОСТРОВСКИЙ:
– Переход к более жесткой форме управления во многом был реакцией на обострение внешней ситуации – и политической, и экономической. В первые годы после Гражданской войны дела советской власти шли неплохо: была восстановлена экономика, СССР признали на мировой арене. Однако с конца 1920-х годов ситуация обостряется. Мировой экономический кризис 1929 года подорвал мощь США, крупнейшего мирового заемщика, и ударил по странам Западной Европы, едва-едва начавших послевоенное возрождение. На политическую арену Старого Света вышли националисты. Советским государственным деятелям стало ясно: новая война не за горами.

В этих условиях неизбежно было усиление централизованного, авторитарного и даже тоталитарного принципа управления. Нравится нам или нет, но я считаю, что в тех условиях ужесточение системы было неизбежным. Одним из выражений концентрации централизованной власти было распределение бюджетных средств. Мы знаем, что перед войной союзное правительство концентрировало в своих руках 75 – 80% всех поступлений в бюджет. А дальше оно уже распределяло их по республикам. Следовательно, какими бы правами республики на бумаге ни пользовались, они, безусловно, целиком и полностью в этом отношении зависели от союзного правительства.


Владлен ИЗМОЗИК:
– В СССР 1930-х развиваются два процесса. С одной стороны, идет мощное развитие национальных культур, подъем национальных кадров. Но к 1938 году все национальные районы в составе РСФСР ликвидируются, а во время «большого террора» наносится страшный удар по национальным кадрам.

Я всегда привожу пример – первый советский звуковой фильм «Путевка в жизнь». С одной стороны, он демонстрирует решение в СССР общецивилизационных задач: главный актер, сыгравший Мустафу, – мариец Йыван Кырля. Фильм стал своего рода витриной советской национальной политики, и не только по сюжету. Новая власть дала простому гражданину – представителю нацменьшинства возможность получить образование и стать актером. Но судьба его закончилась печально: во время «большого террора» Йыван погибает в лагере. Вот вам две стороны одной медали, и ни от одной из сторон мы уйти не можем.


Алексей ЯКОВЛЕВ:
– Я не соглашусь с утверждением о переходе именно к авторитаризму как к явлению объективному. Нужно все-таки говорить об установлении тоталитаризма в форме сталинизма. Вспомним, что Иосиф Виссарионович был изначально против идеи федеративного государства – Сталин был за более управляемое областничество.

Конечно, нужно учесть и специфику ситуации, в которой возник СССР. Новая форма политической системы возникала в ужасающей послевоенной обстановке, без денег и прочих материальных ресурсов. Можно ли даже гипотетически говорить, что государство, возникшее посреди разрухи, сумеет сохранить и развить демократические формы правления? Вряд ли.


Александр ОСТРОВСКИЙ:
– Когда говорят о быстром развитии советской экономики в 1920-х годах, ставят в укор коллективизацию. Но это тоже было объективным фактом. В 1920 – 1930-х годах весь мир переживал эпоху индустриализации. Страны, сумевшие из аграрных стать промышленно развитыми, диктовали условия на мировом рынке. Поэтому перед СССР было два пути: или превратиться в ресурсную колонию, или попытать счастья в индустриальной гонке.

Промышленный рывок требовал капиталовложений. До конца 1920-х годов большевики пытались найти деньги за рубежом, вели, в частности, переговоры с американцами: те соглашались дать деньги, но только для развития легкой промышленности. Иными словами, деньги нужно было найти внутри страны. А рынок не позволял осуществлять накопление необходимыми темпами. Значит, рыночные механизмы надо было уничтожить – в этом была причина отказа от политики нэпа.

Важность индустриализации понимали и до революции. Взять хотя бы доклад съезда Союза представителей промышленности и торговли 1915 года. Там было сказано, что если в течение десяти лет до (то есть до 1925 года) Россия не удвоит-утроит свой промышленный потенциал, то сойдет с мировой арены как самостоятельное и независимое государство. То есть завершение индустриализации было необходимостью.

Большевики вынуждены были делать то, что не смогла сделать русская буржуазия. Более того: они выступили идейными наследниками русских капиталистов и были вынуждены взять на себя многие инструменты, которыми пользовалась буржуазия. В первую очередь инструмент первоначального накопления капитала, без которого осуществить индустриализацию было невозможно.


Владлен ИЗМОЗИК:

– Рост национального самосознания к 1930-м годам стал очень большой проблемой для советского руководства. В свое время царское правительство, отпустившее было вожжи при Александре II, в 1880-е годы на рост самосознания национальных окраин ответило русификацией. На мой взгляд, политикой никуда не годной. В итоге взбунтовались даже спокойные финны – пример тому убийство сыном финляндского сенатора Эйгеном Шауманом генерал-губернатора Бобрикова.

В СССР до тотальной русификации не дошло, но центр перераспределил властные полномочия в свою пользу. Социализма в ленинском или в марксовом понимании у нас не было, даже вторая программа партии большевиков 1919 года не была выполнена. Вот почему в огромной стране и возродился имперский процесс. Изменение воинских званий, возвращение погон в армии, новый гимн – тоже отсюда. Национальная проблема в Советском Союзе существовала, но это не значит, что распад был заложен в «генетический код» СССР. Впрочем, развитие Советского Союза и анализ причин его распада – темы отдельных дискуссий...


Тамара СМИРНОВА:
– Мне бы хотелось, чтобы лучшие достижения первого по-настоящему интернационального государства, коим был Советский Союз, были использованы и в нашей современной жизни. Да и потомкам нашим они пригодятся. СССР был моей родиной, и мой патриотизм был патриотизмом советским, в котором соединялись и любовь к стране, и принятие социально-экономических и политических обстоятельств, в которых мы жили. Советский Союз был невиданным экспериментом в истории человечества, причем позитивным, с большим потенциалом. На такой огромной территории, при такой этнической пестроте была налажена не просто общая жизнь разных народов, но и их взаимопомощь, способствовавшая развитию территорий и становлению уникальной формации – советского народа.


Подготовили
Александр Вертячих, Сергей Глезеров

 


Версия для печати

КОММЕНТАРИИ


Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru