25 марта 2017, Суббота
PDA RSS
РУБРИКИ
Свежий номер
Городские новости

Политика

Экономика

Общество

Культура

Спорт

Наследие

Круглый стол

Номера газеты в формате PDF
АВТОРИЗАЦИЯ
Логин  
Пароль  
Запомнить меня
 
  Регистрация
  Забыли пароль?
О ГАЗЕТЕ
Сотрудники

Реклама

Подписка

История газеты

Учредитель

Как с нами связаться

КРУГЛЫЙ СТОЛ

Выпуск  № 090  от  23.05.2012
Экзамен по краеведению
Должны ли школьники зубрить имена петербургских зодчих?

Почему петербургские школьники, живущие в условиях безбрежного моря информации, порой не умеют ориентироваться в пространстве своего города? Как сделать так, чтобы город стал им понятным и доступным? Казалось бы, эту проблему призван решать курс истории и культуры Петербурга, введенный в школах около двадцати лет назад, но...
Обсудить острые вопросы преподавания краеведения в петербургских школах был призван очередной «круглый стол» в редакции нашей газеты. В дискуссии приняли участие кандидат педагогических наук, методист городского Дворца творчества юных, председатель координационного совета общественного движения «Юные – за возрождение Петербурга» Владимир АКСЕЛЬРОД; доцент Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования Любовь ЕРМОЛАЕВА; директор гимназии № 209 Дмитрий ЕФИМОВ; зав. сектором отдела музейной педагогики Музея истории Санкт-Петербурга Мария КОЧИЕВА; председатель городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр МАРГОЛИС; председатель петербургского клуба «Учитель года» Людмила ПАНФИЛОВА; доцент Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования Наталья ШЕЙКО и заместитель главного редактора «Санкт-Петербургских ведомостей», автор многих книг по истории нашего города Дмитрий ШЕРИХ.

Дмитрий ШЕРИХ:
– Отчетливо помню, как в начале 1990-х годов широко обсуждалось, каким должен стать предмет под условным названием «петербурговедение». Много говорилось о его главной задаче — школьники должны знать город, любить и понимать его. За прошедшие годы удалось сделать вроде бы немало: предмет появился в программе, он встал на ноги, созданы неплохие учебные пособия, но при этом все чаще я вижу, что «История и культура Санкт-Петербурга» превращается в зубрежку, что школьники заучивают назубок многочисленные имена, фамилии, даты, адреса. А ведь это не только не пробуждает любовь к городу и его культуре, но и отталкивает от них. В связи с этим у меня и возник сам собой вопрос – сформулирую в заостренной, полемической форме: а нужен ли вообще такой предмет в его нынешнем виде? Особенно с учетом того, что дети в наших школах и без того перегружены.


Людмила ПАНФИЛОВА:
– На этот вопрос могу однозначно ответить: нужен. Без знания истории своего края невозможно воспитать личность, привить любовь и уважение к своей земле. Однако в чем-то с вами соглашусь. В том виде, в котором он сегодня существует, предмет требует перемен. Более того, введенные сейчас в российской школе новые образовательные стандарты как раз и ориентируют школу на результаты. А что такое результат для нас, учителей? Это когда дети любят тот или иной предмет. Сделать это на практике куда труднее, чем написать на бумаге план...


Александр МАРГОЛИС:
– Дело еще в том, как и кем предмет преподается. Одаренный учитель сделает его интересным, захватывающим и полезным всегда, а бездарь, который формально относится к делу, может самый захватывающий предмет превратить в отвратительную жвачку. Вы знаете примеры такого рода: преподавание литературы в школе нередко приводило к тому, что дети на всю жизнь ненавидели Льва Толстого или других классиков. То же самое может произойти – и отчасти, боюсь, происходит – с петербурговедением. Мне давно хочется понять, каков в сегодняшней петербургской школе процент преподавателей, адекватных этому предмету. То, что они составляют меньшинство, – берусь на этой гипотезе настаивать. Но вот какое?


Дмитрий ЕФИМОВ:
– То, что предмет необходим, особенно в Петербурге, это вне сомнений. Что же касается процентов, то вот реальность: во многих школах лишь один учитель преподает краеведение. Хорош ли он как профессионал или же плох, любят его или не любят — и вот уже сто процентов в ту или иную сторону.

Есть и еще один аспект обсуждаемой проблемы. У нас в гимназии преподает замечательный учитель литературы Татьяна Павловна Ионичева, и она хорошую фразу говорит: «Сложно учить детей нечитавших родителей». То же актуально для краеведения: сложно рассказывать детям что-то про историю города, если их родители никуда их не водят или не водили.


Любовь ЕРМОЛАЕВА:
– Не так давно на стройке увидела рекламу: «Хочешь стать петербуржцем – купи квартиру в Петербурге». Вот так все просто! И многие, ныне живущие в нашем городе, согласны с этим. Однако подлинного петербуржца отличают понимание ценности культурного наследия, традиций, умение грамотно пользоваться ими. Петербуржец гордится тем, что живет в этом городе, понимает свою сопричастность с ним, переживает за него. И если раньше Петербург сам выступал в роли Учителя и Воспитателя горожан, то к началу ХХI века он утратил эту функцию. Расширились границы города, изменился состав населения, исторический центр «отодвинулся» от многих горожан. Зачастую житель «спального» района, выезжая в центр, говорит: «Поехал в город». Поэтому учебный предмет «История и культура Санкт-Петербурга» призван способствовать тому, чтобы школьники, родившиеся в городе или приехавшие сюда, независимо от их национальности ощутили себя петербуржцами...

 

– В конце 1980-х такого предмета в школьной программе не было, зато элементы краеведения преподавались в рамках курсов истории, географии, литературы. К тому же нас возили на экскурсии, и мы их любили. Что изменилось?


Любовь ЕРМОЛАЕВА:
– Изменилось многое. Музейный день исчез из многих школ. Вывезти школьников на экскурсию – колоссальная проблема. Вы знаете, сколько бумаг надо собрать, чтобы вывезти ребят на экскурсию? Сколько денег это стоит? И вот что получается: предмет, который задумывался как предмет приобщения к городскому культурному пространству, постепенно превращается в знания о городе в рамках аудитории. Это одна из частных проблем. Главная же проблема заключается в недооценке краеведческого учебного предмета, его воспитательного значения.

Приходится иногда слышать: «Это второстепенный предмет!», «Нам лучше подготовить к ЕГЭ по литературе, чем давать этот предмет». Зачастую краеведческие часы отводятся под какие-либо школьные мероприятия. В ряде школ к преподаванию учебного предмета привлекают случайных людей, которые не знают истории и культуры Санкт-Петербурга, а уж тем более не владеют методикой его преподавания.


Наталья ШЕЙКО:
– На мой взгляд, переломить ситуацию могли городские власти, если бы проявили к предмету живой интерес. Петербург – субъект Федерации, элемент государственной власти. Согласно федеральным нормативам, школа должна прививать духовно-нравственные ценности. Главным значится воспитание гражданина России – человека, который любит и ценит свою малую родину, а именно этому и учат на уроках петербурговедения.

 

– Допустим, вырастим мы знатоков города, которые будут оберегать каждую старинную постройку. А у власти есть градостроительный план, по которому нужно избушки снести, чтобы построить энное количество жилья. И тут возникает знаток. Мало того что на его образование потратили государственные деньги и усилия, так он еще и возмущаться станет. В чем же интерес городской власти?


Наталья ШЕЙКО:
– Да, подобное мы уже наблюдали в 1930-х годах, когда краеведы оказались «вредителями». Они слишком много говорили о том, о чем власть предпочитала молчать. Что ж, если власти нужны люди, которые покладисто смотрят ей в рот, тогда этот курс нужно убирать из школ. Но, если мы воспитываем граждан и стремимся создать условия для духовно-нравственной и практической ориентации, тогда дело совсем другое.

На самом деле этот курс призван научить детей в первую очередь смотреть. Их визуальная культура сегодня практически на нуле. Они не умеют рассматривать, анализировать, видеть. Кроме того, этот предмет должен их научить, по каким законам существует город. И как в этом городе им существовать адекватно, безопасно, комфортно.

 

– Как здесь уже было упомянуто, родители порой не заинтересованы в краеведческом воспитании своих детей. Почему такое происходит?


Мария КОЧИЕВА:
– И по недостатку собственных знаний, и просто потому, что современным родителям не хватает времени и сил на своего ребенка. Хотя есть в Петербурге и те, кто готов познавать город вместе с ребенком. Но это, как говорится, штучный товар: по семейному абонементу в наш музей приходят 30 – 35 семей в год. Притом и эти родители порой не слишком просвещены.

Увы, сейчас школа не может предоставить возможность детям и родителям вместе познавать историю своего города. А ведь это интереснейшее дело. Как сказал о краеведении историк Юрий Бессмертный, — это «история в малом, а не история малого». Когда думаешь о Петербурге, язык не поворачивается сказать, что здесь «история в малом». Здесь «история в большом». Быть может, для родителей нужно создавать специальные просветительские программы, где взрослые и дети могут вместе изучать Петербург.


Дмитрий ЕФИМОВ:
– Маленькое добавление: когда мы стали проводить опрос родителей о нововведениях в школьном курсе, их по большому счету волновало одно: только не шестидневка. Если вы сохраняете пятидневку, говорили они, мы согласимся, подпишем любые бумаги. Потеря конкретных предметов и часов на их преподавание родителей волновала куда меньше.

На мой взгляд, многие проблемы нашей школы это отражение проблем общества. Это касается и курса истории и культуры Петербурга. Нет у нас в обществе сейчас, как это было в начале 1990-х годов, такого интереса к историческому прошлому, сопереживания судьбам Отечества!


Александр МАРГОЛИС:
– Но при этом сравните литературу по Петербургу сегодня и четверть века назад! Раньше даже близко такого количества качественных изданий о городе не было. В начале 1990-х нам могли сказать, что ничего не получается с краеведением, потому что не на что опереться, неоткуда взять информацию. Сейчас же в море петербурговедческой литературы можно захлебнуться и утонуть. Другое дело, что надо и учителю помочь в этом море разобраться.


– А откуда брать учителей, если их не хватает?


Владимир АКСЕЛЬРОД:
– Опора, как и раньше, на энтузиастов. Вот пример из моей жизни. Сорок два года назад я пришел в ленинградский Дворец пионеров и школьников, и уже тогда педагоги были обеспокоены судьбой растущего поколения, которое не может ответить на элементарные вопросы о городе, совершенно не ориентируется в нем. Тогда мы задумали конкурс «Ты – ленинградец!». Он продолжался двадцать лет, и через него прошли огромное количество и школьников, и учителей-энтузиастов, многие из которых продолжают с нами сотрудничать и сегодня. Дмитрий Юрьевич Шерих, насколько помню, тоже школьником в этом конкурсе участвовал.

А еще мы создали в 1973 году во дворце клуб «Ленинградец», теперь «Петрополь» – это самое старшее из краеведческих объединений знатоков города. В декабре 1990 года возникло движение «Юные за возрождение Петербурга», а еще через два года во Дворце творчества юных был создан Юношеский университет Петербурга, который в октябре этого года отметит свое двадцатилетие.

Неудивительно, что у нас в отличие от Москвы идея преподавать краеведение в школе родилась снизу, это инициатива тех самых учителей, общественности, педагогов, что участвовали во всех наших начинаниях. Горжусь тем, что и я стоял у самого истока этого предмета.


Людмила ПАНФИЛОВА:

– Как член оргкомитета конкурса педагогических достижений, который проводится в нашем городе уже почти двадцать лет, скажу: за все это время только два учителя краеведения стали его участниками, причем никто из них не стал победителем. В существующем конкурсе они не составляют конкуренцию другим специалистам. Ведущую позицию на всероссийском конкурсе занимают математики, их любит ректор Московского университета, он сам математик. Может быть, стоит сделать специальный конкурс для учителей краеведения? Давайте у нас здесь поддерживать учителей-краеведов, чтобы взращивать молодые кадры!


Любовь ЕРМОЛАЕВА:

– Сегодня я первая сказала о дефиците профессиональных педагогов, но все равно я скорее на стороне оптимистов, чем пессимистов. Петербурговедение – молодой учебный предмет. Он введен в учебный план петербургской школы в 1998 году. Продолжается его становление. Но уже сделано немало: определена специфика методики преподавания этого предмета, созданы учебники и учебные пособия, в том числе инновационное методическое мультимедийное пособие «Город, открываемый заново». Второй год проводится конкурс дидактических компьютерных материалов для уроков истории и культуры Санкт-Петербурга. В Академии постдипломного педагогического обучения на кафедре культурологического образования разработана программа обучения педагогов-краеведов, созданы в помощь им методические пособия.

Год от года увеличивается количество учителей, стремящихся прежде всего пробудить у ребят интерес к городу, помочь им осознать ценность культурного наследия, заставить задуматься над городскими проблемами. Очень советую пообщаться с такими учителями, их учениками, родителями их учеников, послушать их мнение о предмете. Среди них есть и победители городских и всероссийских конкурсов!

Но я согласна с тем, что, может быть, следует организовать отдельный конкурс для учителей-краеведов. И, конечно, необходимо продолжить разработку методики преподавания, совершенствовать учебно-методические комплексы, подготовку педагогов-краеведов в РГПУ им. А. И. Герцена, в Академии постдипломного педагогического образования.


Дмитрий ШЕРИХ:

– Двойственная картина у нас вырисовывается: с одной стороны, высокая поэзия – замечательный предмет «история и культура Петербурга», а с другой – проза нашей реальной жизни. И между собой проза и поэзия никак не стыкуются. Хороший предмет? Согласен, по замыслу своему просто замечательный. Может ли он в нынешней уплотненной школьной программе уйти от статуса второстепенного? Боюсь, он так и останется второстепенным, какие бы учителя его ни преподавали. И я, честно говоря, просто не знаю, можно ли эти два полюса как-то совместить.


Любовь ЕРМОЛАЕВА:
– Для того чтобы учебный предмет перестал быть второстепенным, ему следует помогать, а не уничтожать. Да, необходимо совершенствовать преподавание краеведения как учебного предмета. Однако чрезвычайно важно, чтобы и представители городской власти обратили внимание на важность краеведческого образования. Конечно, один учебный курс не остановит рост численности маргиналов в Петербурге. Необходима целенаправленная городская политика по приобщению горожан к культурному наследию города, взаимодействие всех учреждений, занятых краеведческим образованием детей — школ, учреждений дополнительного образования, библиотек, музеев, СМИ. Для того чтобы в городе жили петербуржцы, следует предоставить школьникам возможность бывать на бесплатных экскурсиях, получать учебники, книги для чтения.


Дмитрий ШЕРИХ:

– Но это опять из области идеального. А не стоит ли все-таки модифицировать сам предмет? Не лучше ли было, скажем, если бы учитель географии в рамках своего предмета что-то иллюстрировал на примере истории Петербурга? И так же поступали бы учителя истории, литературы...

Или вот другая мысль навскидку: может быть, стоит заменить образовательный курс с большим объемом энциклопедических знаний на познавательную программу, где детям будут давать лишь то, что действительно затронет их сердца и останется в памяти? Или третий вариант, совсем революционный: отменить петербурговедение как школьный предмет, но ввести ежегодную краеведческую олимпиаду среди школьников города. С одним условием: участие в ней обязательно для каждого ученика Петербурга. Пусть пишут сочинение на тему «Любимый город», пусть детям помогают родители – вот вам и семейное обучение!


Любовь ЕРМОЛАЕВА:
– Региональный компонент в отдельных предметах – это давно пройденный этап. Его пытались ввести с 1972 года в программы по истории, литературе, географии, изобразительного искусства. Но это были лоскутки, которые с боку «пришивались» к основному предмету. В отличие от этой «лоскутности» самостоятельный учебный краеведческий предмет, как уже говорилось, имеет определенные задачи и соответствующее им содержание.

Слишком энциклопедическая программа по учебному предмету? Не согласна. Вчитайтесь в нее: учителям предоставлено право выбирать объекты изучения, отдельные сюжеты, учитывая расположение школы, контингент учащихся. Особенностью преподавания является не зубрежка, а осмысление. Знания нужны не ради знаний, а для того, чтобы ребенок понял: такое-то здание – часть мировой и российской культуры, такой-то архитектурный стиль роднит Петербург с Европой, такое-то сооружение напоминает о техническом прогрессе или о том, что наш город всегда был центром образования и науки в России. Изучая быт людей в прошлом, дети находят истоки некоторых современных проблем, традиций.

Что же касается идеи с олимпиадой, то она замечательна. Однако они проводятся только по обязательному учебному предмету. При этом вот уже пять лет в Петербурге проводится конкурс «Олимпиадный марафон», который в этом году перешел в ранг региональной краеведческой олимпиады. Была разработана новая модель олимпиады. Школьники 8 – 9-х классов проходят несколько туров: показывают знания о городе, выполняя тестовые задания, демонстрируют умение использовать разнообразные источники краеведческой информации и, наконец, на третьем туре ищут объекты в городском пространстве и исследуют их.

Во время всех туров ребятам предоставляется возможность высказать собственное аргументированное мнение. Участникам олимпиады особенно нравится третий тур – путешествие по городу. Предложенная форма олимпиады служит своеобразным ориентиром в преподавании краеведения как учебного предмета.


Дмитрий ШЕРИХ:

– И все-таки опять: поэзия и проза. Есть хорошие учителя, не спорю, есть и увлеченные ученики, есть олимпиада в ее нынешнем виде – но сколько педагогов и ребят в ней участвуют? А для большинства пока так и остается: зубрежка и не слишком любимый второстепенный предмет.


Людмила ПАНФИЛОВА:
– Согласна с тем, что нужны конкретные предложения по укреплению статуса обсуждаемого нами предмета. Чтобы он был важен и в основном образовании, и в дополнительном, в духовно-нравственном воспитании. Наверное, имеет смысл проводить и конкурс учебно-методических материалов. Сегодня в новых стандартах прописаны навыки и умения, которыми должны овладеть учащиеся, это не просто знания имен и фамилий, и переход к этим стандартам вполне может дать петербурговедению новый импульс.


Александр МАРГОЛИС:
– Я вообще не сторонник точки зрения, что с петербурговедением в школах у нас все плохо. С русским языком, на мой взгляд, куда хуже: мои студенты делают в своих сочинениях такое количество ошибок, что за голову хватаешься.

К тому же все познается в сравнении. Да, прошла эйфория, которая была характерна для первой половины 1990-х годов, когда этот предмет только внедрялся. Все новое, свежее, давно ожидаемое принималось на ура, был вполне объяснимый эмоциональный подъем. Сейчас, спустя двадцать лет, все перешло в стадию повседневности, со всеми издержками этой стадии. Это нормальный рабочий процесс.


Владимир АКСЕЛЬРОД:

– А меня беспокоит то, что сегодня во многих школах петербурговедение оказалось в изоляции, оно не аккумулирует знания других предметов. Классики краеведения Иван Михайлович Гревс и Николай Павлович Анциферов вообще предлагали краеведческий метод обучения в школе, который должен пронизывать все предметы школьной программы. Но что для этого нужно? Нужен директор, который эту идею будет проводить в жизнь, нужны учителя самых разных предметов, которым интересен Петербург и которые затрагивают эту тему на своих уроках.

Но для этого нужно убедить директора и учителей в том, что воспитание петербуржца – не только забота учителя истории Петербурга, но общая забота. Нужно всем педагогическим сообществом эту проблему осознавать и решать, а при разработке программ как цель заложить в основу воспитание петербуржца. К сожалению, таких директоров мало, сегодня чаще подходят к учебному процессу прагматично, с точки зрения менеджера.


Александр МАРГОЛИС:
– Вы фактически повторяете мысль, которую я высказал в начале нашего «круглого стола». Все зависит от людей – в данном случае от преподавателей, от наставников. Мы все в ХХ веке – я говорю и о людях старшего поколения, и о тех, кто помоложе, – были помешаны на всеобуче. «Все должны знать все». Отсюда и разбухание учебных программ, которые уже действительно несомасштабны возможностям ребенка, и тотальное внедрение петербурговедения везде и всюду.

Мой педагогический опыт однозначно свидетельствует о том, что петербурговедение нужно преподавать меньше всего в аудитории. Профессор Иван Михайлович Гревс, напомню, сто лет назад разработал и, главное, внедрил экскурсионный метод преподавания, и метод дал поразительные результаты. После революции Иван Михайлович создал научно-исследовательский экскурсионный институт, но власти быстро прикрыли его. Однако опыты сохранились в нашей памяти, и мы знаем, как это было. Ведь не от хорошей жизни Гревс предложил экскурсионный метод преподавания истории, а потому, что увидел: аудиторные занятия и даже семинары не дают нужного результата. И тогда он взял своих питомцев за руку и повел их в живую среду.

Аналогичный случай был и в моей профессорской практике. Убедившись в том, что мои студенты третьего курса абсолютно ничего не знают о городе, я задумался, как пробудить в них интерес. Я попросил их описать все, что студенты видят из окна аудитории. Из этих окон видна вся панорама невских берегов. И что бы вы думали? По существу ответили только двое из группы в тридцать человек. «Это нормально? – возмутился я. – Вы ходите сюда уже шесть семестров, не смотрели по сторонам и даже не задавались вопросом о том, что вы видите!» Ребята завелись. Дальше мне стало относительно легко: они стали между собой соревноваться. Дело пошло.


– Без малого пятнадцать лет предмет «История и культура Санкт-Петербурга» был введен в школьный учебный план. Как можно подытожить эти годы?


Александр МАРГОЛИС:
– Проблемы у предмета есть, но и прогресс в деле школьного петербурговедения очевиден: оно развивается, создана хорошая основа для движения вперед. И у нас сейчас есть наглядные примеры того, как предмет работает. Посмотрите сами: авангард молодежи создал группу «Живой город» без всякой подсказки со стороны учителей и нас, патриархов градозащитного движения. Откуда взялись эти мальчики и девочки? Они взялись из нашей школы. Значит, что-то есть такое, что в них уже было заложено. И я вам скажу: в конце 1990-х годов мое настроение было ужасным — я не видел в глазах молодых людей вообще никакого интереса к тому, чем я живу, к истории и культуре Санкт-Петербурга. На меня смотрели, как на идиота, когда я говорил о необходимости сохранения исторического наследия.

Спустя десять лет я вижу: появляется все больше и больше молодых людей, для которых петербургское наследие – безусловное ценность. И это не может не внушать оптимизм. Поэтому я уверен: сегодня самое время сделать новый шаг вперед. А каким именно он будет, пусть решает педагогическая общественность совместно с петербургскими родителями.

ФОТО Александра ДРОЗДОВА


Подготовили
Александр ВЕРТЯЧИХ, Сергей ГЛЕЗЕРОВ

 


Версия для печати

КОММЕНТАРИИ


Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru