28 августа 2016, Воскресенье
PDA RSS
РУБРИКИ
Свежий номер
Городские новости

Политика

Экономика

Общество

Культура

Спорт

Наследие

Круглый стол

Номера газеты в формате PDF
АВТОРИЗАЦИЯ
Логин  
Пароль  
Запомнить меня
 
  Регистрация
  Забыли пароль?
О ГАЗЕТЕ
Сотрудники

Реклама

Подписка

История газеты

Учредитель

Как с нами связаться

ОБЩЕСТВО

Выпуск  № 113-114  от  25.06.2007
Нужна ли пара
Смольному собору?

Это обсуждали члены Градостроительного совета, рассмотрев уточненную концепцию проекта «Охта-центр»
Людмила ЛЕУССКАЯ

Заседание, проходившее на исходе прошлой недели, длилось пять часов с небольшим перерывом. Трудно высидеть столько времени в душном, явно не предназначенном для большого числа посетителей зале. Но финала дождались не только по долгу службы члены совета, но и представители администрации города, архитектурной общественности, охраны памятников, прессы, телевидения...

Если подводить итог в двух словах, почти ничего нового не прозвучало. Позиции определились давно и были не раз озвучены. Все, как обычно: правда одна, но у каждого своя.

Сначала руководитель мастерской «НИПЦ Генплана Петербурга» Борис Николащенко, как представитель разработчиков высотного регламента, представил собравшимся позиции этого документа, заявленного городскими властями в качестве основы для согласия городского сообщества. К теме обсуждения регламент имел прямое отношение, поскольку «Охта-центр» должен появиться на территории, где строительство строго регламентируется по высоте.

Напомню, общественно-деловой центр напротив Смольного собора в месте слияния Невы и Охты займет территорию в семьдесят с лишним гектаров. Его строительство почти поровну финансируют администрация города и ОАО «Газпром нефть». Предполагается, что «Газпром» получит 16 процентов площади, 35 отойдут под общественные нужды, остальное предназначается под бизнес-центры.

Разработчики – главный архитектор проекта Филипп Никандров и исполнительный директор фирмы RMJM Тони Кеттл представили свое, как было заявлено, уточненное видение застройки территории, ее использования в качестве зоны отдыха для горожан, решения транспортных проблем... Ожесточенный спор, как и следовало ожидать, вызвала высотная доминанта. Петербургские архитекторы почти единогласно отказали в праве на существование небоскребу 396 метров высотой.

По правде сказать, фирма, выигравшая архитектурный конкурс, за немыслимое по росту для нашего города сооружение ответственность не несет. Она получила такое задание изначально. Теперь, пошутил кто-то из членов Градостроительного совета, разработчики ведут себя как истинно русские люди – загнали себя в тупик и ищут выход.

Филипп Никандров и Тони Кеттл, как могли, пытались обосновать необходимость и невероятную ценность сооружения, вызвавшего такие ожесточенные споры. В ход шли аргументы об авторитете «Газпрома», о новом слове в архитектуре, о «генетическом родстве» сооружения с историей и сложившимся обликом Петербурга. В частности, крыша башни, по словам разработчиков, имеет форму барочного цветка. Жаль, что это не увидят даже птицы. Так высоко они не летают. В обоснование вкрались противоречия, которые не могли пропустить профессионалы. Их уверяли, что башня будет почти не видна из исторического центра, а там, где ее присутствия избежать невозможно, она создаст новые открыточные виды Петербурга.

В принципе основные аргументы «против» озвучил рецензент – доцент архитектурно-строительного университета В. Линов. Он оценил возможное влияние небоскреба на сложившийся облик города по европейским критериям, с точки зрения последствий. Для развития туризма, который для экономики большого города имеет особое значение, важны три фактора – природа, этнокультура и художественные ценности. Очевидно, что Петербург притягателен сложившейся архитектурой. Небоскреб, о котором идет речь, разрушит единство восприятия застройки, с которой он никак не увязан. К примеру, злополучная башня, если смотреть на нее от Круглого рынка возле Спаса-на-Крови, встанет в ряд с Михайловским замком. Авторы лукавят, демонстрируя свое творение на фоне безоблачного неба. Ясных дней у нас не так много в году. В ненастную погоду такое сооружение будет еще сильнее влиять на панораму города.

А затем один за одним свою точку зрения излагали члены Градостроительного совета – Курбатов, Полищук, Назаров, Лисовский, Земцов, Романов, Харченко, Уралов, Попов... Боюсь ошибиться, но ораторов было не меньше пятнадцати. Все говорили о том, что в месте слияния Невы и Охты возможен высотный акцент, но он должен быть значительно ниже. С разной степенью страсти, но профессионально и убедительно каждый говорил, почему в этом важном для города месте невозможно нарушить высотный регламент. Даже в угоду амбициям влиятельного инвестора.

Умеренность, как заметил кто-то из выступавших – признак интеллигентности. Допустимых по регламенту 100 – 150 метров для нового сооружения вполне достаточно. Башня больших размеров, чужая для архитектуры исторической части города, может стоять в любом другом месте.

В заключение вице-губернатор Александр Вахмистров еще раз попытался напомнить о позиции руководства города. Аргументы известны – для развития Петербургу необходимы крупные инвесторы, и, если к их пожеланиям относиться уважительно, за «Газпромом» придут другие. А Охту надо развивать. Небоскребы – особая строительная отрасль, которая в нашем городе не представлена. Она привлечет в Петербург новые технологии, материалы, рабочие места...

Подводя окончательный итог, несколько общих фраз сказал и главный архитектор города Александр Викторов. Он пообещал, что пожелания членов совета будут учтены разработчиками проекта, к обсуждению высоты небоскреба придется вернуться.

Члены Градостроительного совета свое слово сказали. А вот уверенности в том, что башня уменьшится до пристойных размеров, не возникло. Поясню почему. В процессе обсуждения прозвучал вопрос, каковы юридические обоснования строительства «башни до неба» в месте, где это запрещено высотным регламентом. Представитель «Газпрома» напомнил, что регламент допускает исключения при положительном исходе общественных слушаний. С его слов, в Красногвардейском районе на общественных слушаниях проект небоскреба получил положительную оценку. Правда, документальных свидетельств на этот счет предъявлено не было.

И тем не менее на Градостроительном совете пользовался спросом красочный буклет, озаглавленный «Небывалое бывает». В нем о строительстве небоскреба говорится как о деле решенном.


Постскриптум

«Основное чувство – недоумение»

После заседания Градостроительного совета ряд петербургских СМИ синхронно сообщил: совет-де в целом одобрил концепцию «Охта-центра». Так ли это? Мы решили обратиться за комментарием к одному из членов Градостроительного совета доктору искусствоведения профессору Владимиру Лисовскому.

– Владимир Григорьевич, расскажите, пожалуйста, о ваших впечатлениях от заседания Градостроительного совета?

– Основное чувство, которое я испытываю, – недоумение. Слишком все произошедшее похоже на обычную советскую практику выворачивания рук. Из полутора десятков выступавших только двое поддержали проект, и то с оговорками. Остальные либо полностью его отвергли, либо выразили серьезные сомнения, особенно относительно места возведения башни.

А потом выступил вице-губернатор Вахмистров, который недвусмысленно сказал: либо мы поддерживаем «Газпром» и город будет развиваться, либо не поддерживаем – и город якобы развиваться не сможет. Кроме того, в первом случае у архитекторов, мол, будут заказы, а во втором – никаких заказов не предвидится.

Затем нечто невразумительное говорил главный архитектор Викторов. После чего все разошлись, как побитые. А наутро я с удивлением услышал по радио, что Градостроительный совет большинством голосов одобрил проект.

– А каковы точные результаты голосования?

– Голосования не проводилось.

– Почему?

– Читателям газеты может показаться странным, но такова обычная практика Градсовета. Желающие выступают – и всем ясно, куда склоняется общее мнение. Поэтому окончательные решения обычно не удивляют в отличие от нынешнего.

– Считаете ли вы такую процедуру верной или ее следует изменить?

– Насколько я себе представляю роль Градостроительного совета, это орган решающий – его задача утверждать или отвергать. Без его мнения нельзя приступать к соответствующим действиям. Следовательно, оно должно быть четко определено и зафиксировано голосованием.

– Простым или поименным?

– Для начала хотя бы простым, хотя в сложных и принципиальных случаях, таких как этот, – очевидно, поименным. С доведением до общества результатов. В противном случае, как и получилось, мы имеем проявление современного варианта чистого волюнтаризма, очень хорошо знакомого нам по советским годам.



Ссылки по теме:
В поле зрения ЮНЕСКО
ЮНЕСКО рекомендует ответственность
Это, оказывается, барокко
Перебирая приоритеты

Версия для печати

КОММЕНТАРИИ


Copyright (C) 2000 Издательский дом "С.-Петербургские ведомости"
191025 Санкт-Петербург, Ул. Марата 25. Телефон: +7 (812) 325-31-00 Факс: +7 (812) 764-48-40
E-mail: post@spbvedomosti.ru